Училка и хулиган

Он и не подозревал, что мое неокрепшее чувство симпатии грозило стремительно перейти в стойкую неприязнь.

— Мария, вы устали? Что-то вы погрустнели. Хотите, присядем? Тут недалеко есть уютные уединенные лавочки.

— С удовольствием! — мою радость в голосе он мог истолковать по-своему, но мне плевать. Главное сейчас — присесть и дать отдых измученным конечностям.

Роман бодро отбуксировал меня в одну из боковых аллей, примыкающих к центральной площади парка. Здесь и правда в уютной полутьме расположились изящные лавочки, как-будто предлагающие отдохнуть в стороне от шумного праздника.

"Очень уединенно и интимно", — подумала я и незамедлительно покраснела. Хорошо хоть темнота надежно скрывает мои пунцовые щеки.

Интересно, захочет поцеловать или нет? И что мне делать, если захочет? Разрешить, или продемонстрировать высокие моральные качества? Да что это я, в самом деле? Как школьница перед первым поцелуем трушу.

Роман не подозревал о моей внутренней борьбе и вел себя предельно корректно. Усадил на лавочку и продолжил донимать светской беседой.

Я же, пользуясь темнотой, незаметно скинула туфли и чуть не застонала от облегчения. Вот оно — простое женское счастье. Для полного блаженства еще бы лифчик расстегнуть, надавил так — сил нет. Но эту манипуляцию незаметно не проведешь, да и как застегивать потом? Разве что Лисовца попросить. Представляю его выражение лица в ответ на такую просьбу.

— Мне кажется, вам не помешает еще один бокал шампанского, — отвлек меня Роман от размышлений о скудоумии производителей женского нижнего белья.

Блеснул белозубой улыбкой и исчез быстрее, чем я успела возразить.

— Ой, ну и ладно, иди куда хочешь, — махнула рукой вслед ушедшему кавалеру.

Мне же лучше. Наконец-то расслаблю мышцы пресса, откинусь на спинку лавочки и вытяну ноги хоть на пару минут. Какое блаженство! Прикрыла глаза и позволила себе немного помечтать о совместном будущем с Романом.

Когда в мечтах мы с ним встречали новорожденного внука из роддома, в тишине аллеи отчетливо разнеслись звуки шагов.

Открываю глаза и натыкаюсь на холодный взгляд серых глаз. Напротив меня с самым суровым видом стоит Виктор Эдуардович. Мечты о красавчике Романе мгновенно смыла без следа волна паники, оставив только одно желание — оказаться сейчас как можно дальше от этого места.