Училка и хулиган

 — Я ради такого цирка даже отпуск возьму.

В этот момент мы услышали стук и ругательства из задней части машины. Кому-то очень хотелось выбраться и выплеснуть накопившуюся злость. Я испуганно посмотрела на довольного Игнатова, сбросившего скорость и съезжающего на обочину трассы.

Он заглушил автомобиль, подмигнул мне игриво и спросил:

— Ну что, соскучилась? Выпустим твоего суженого?

Игнатов вышел из машины, строго велев мне оставаться на месте, и отправился вызволять заключенного. До моего слуха донеслась ругань и шум драки.

Несколько раз об машину звучно кем-то ударили. Подозреваю, что Максом, но это только догадки. Сами понимаете, на улице темень непроглядная. Прошло уже не менее 10 минут, но потасовка и выяснение отношений не утихали, а, наоборот, продолжали набирать обороты.

Я уже жалела всех участников этой истории. И Макса, которому опять пересчитывали зубы и ребра, и Виктора Эдуардовича, вынужденного терпеть неудобства и решать мои проблемы среди ночи. И себя, конечно, жалко больше всех.

Одни колени мои способны напугать любого врача-травматолога. А уж рассказ о приключениях последних дней несомненно восхитит районного психиатра.

Макс опять взревел ненормально громко и я в ужасе закрыла уши ладонями и крепко зажмурила глаза. Ну вы помните мой любимый метод страуса.

— Прекрати! Ты пугаешь Женю! Посмотри, как она напугана и возьми себя в руки, придурок! — прогремел Игнатов и впечатал Макса лицом в боковое стекло.

Я в испуге подпрыгнула на сидении и уставилась в перекошенную яростью физиономию оборотня.

Игнатов-старший держал младшего за шею сзади твердой рукой и не давал вывернуться. Так и смотрели мы друг на друга. Я, трясясь от страха и с полными слез глазами, и он — разъяренный и одолеваемый жаждой убийства.

Через несколько долгих и невыносимо томительных секунд глаза Макса начали менять выражение на более осмысленное. Он моргнул у растерянно улыбнулся, узнавая меня.

— Женя… — жалобно позвал и дернулся из цепкого игнатовского захвата.

 — Отпусти! Я в норме.

Ага, в норме он. Ему бы смирительный ошейник подарить, пусть носит на здоровье.

Виктор еще долго что-то выговаривал и объяснял неуравновешенному младшему братцу, а я мечтала проснуться и не видеть больше весь этот кошмар. Поведение Макса и раньше меня напрягало, но то, каким я увидела его сейчас, заставило усомниться в том, что наше дальнейшее общение может закончиться благополучно для меня.