Училка и хулиган

— Чудесно пахнешь, — промурлыкал несносный волчара и поцеловал кончик уха, откопав его носом среди волос.

Надо ли говорить, что от этого действия мурашки рванули волной по всему телу, а я вновь глупо захихикала, отталкивая наглеца.

Виктор Эдуардович бросил строгий взгляд в нашу сторону и мне стало так стыдно. Что я творю? Сама жаловалась ему на приставания Макса, а теперь жеманничаю, как девятиклассница на свидании.

— Жень, а если я пообещаю сдерживаться? Постараюсь не пугать тебя. И не приставать.

В последнее верилось с огромным трудом, но нужно же давать людям шанс, правильно? Я с сомнением посмотрела в честные глаза Макса и неуверенно протянула:

— Ну, в принципе, можно попробовать..

— Но у меня есть просьба к тебе. Мне будет очень сложно, я даже не могу описать тебе насколько. — Лицо оборотня приняло поистине мученическое выражение. — И мне бы очень помогла твоя поддержка.

— Какая? — бдительно поинтересовалась я.

— Да так, пустячок… Всего один маааленький поцелуйчик в награду за сдержанность.

Макс, с наивно-детским выражением ожидания подарка на мордашке, уставился на меня.

Я нервно заерзала по лавке, комкая подол сарафана в руках. В, принципе, мы же и так уже целовались. Так что ничего нового он не просит. И, к тому же, если он действительно будет себя хорошо вести весь день, то почему бы и не наградить усердного ученика школы хорошего тона вечерним поцелуем? Нормальная сделка, я считаю. Только не спрашивайте, почему я решила, что поцелуй положен Максу один в день.

— Точно один маленький поцелуй? — уточнила у светящегося от удовольствия оборотня. И не скажешь, что пару минут назад сидел угрюмой букой.

— Я покажу, — с готовностью отозвался Макс и склонился к моему лицу.

Теплые губы сначала прикоснулись легко и целомудренно, словно спрашивая разрешения. Обласкали нижнюю губку, затем верхнюю и поочередно — оба уголка рта. С каждым движением невинная легкость уступала место все увеличивающемуся напору и я в какой-то момент обнаружила у себя во рту чужой язык.

— Макс… — укоризненно прошептала, когда нашла силы прервать этот незначительный, по мнению оборотня, поцелуй.

Дыхание сбилось, лицо разрумянилось, а пальцы цепляются за майку поцелуйного тренера. Показал, называется, как целоваться будем. А мне бы теперь душ холодный не помешал, чтобы унять жар в теле.