Сам не понимаю, как несусь сквозь оживленные улицы города домой. К себе. К матери. К Васе точно заявятся, как и ко мне, а об этой квартире мало кто знает. Моя девочка умная, точно там меня будет ждать. Да, будет. Наплевав на любые правила, я уже через четверть часа на месте, но квартира встречает меня утробной тишиной, кромешной тьмой, а телефон Васи все так же молчит.
Я несусь вниз и еду к ней через полгорода, но там тоже никого, а что дальше? А ничего дальше, я, черт возьми, хрен знает, где ее еще искать! Ромео недоделанный, бл*.
Спускаюсь вниз и усаживаюсь на лестнице, снова и снова набирая ее номер, как вдруг слышу щелчок подъездной двери, и в проеме появляется моя Вася, зареванная и убитая горем, будто бы она рыдала неделю.
—Малыш, ну ты чего? Глупости все это. Все будет хорошо, — шепчу, подрываясь с пола и притягивая к себе свою девочку, дрожащую как осиновый лист.
Всхлипывания вскрывают мне грудную клетку тупым ножом. Нет, малыш, не надо. Погружаю, ладонь в волосы и притягиваю ее ближе, подхватывая за талию.
Все будет хорошо, моя девочка плакать не должна и не будет, бл* никогда!
—Тихо, тихо, все. Расскажи мне, что было. Все от начала и до конца.
—Они все знают. В университете комиссия. Я тоже попала, как и Павловна, — мертвым голосом отвечает Вася, прикрывая лицо руками. Маленькими, обветрившимися ручками, повидавшим морозный воздух снаружи.
И снова шаболда, без которой никакое дело обойтись не может.
—Причем тут эта сука? — шиплю, стараясь сдерживаться.
—Говорят, что жена проректора узнала об интрижке своего мужа с подругой.
И устроила вендетту.
Ага, значит вот оно как. Узнала. Ну а так как угрожал сучке этим я, ответка прилетела быстро. Падаль. Вот только я к этому никакого отношения не имею! Мразота!
Я подхватываю малышку на руки и несу в квартиру, прижимаясь щекой к холодному лбу. Не хватало, чтобы еще заболела.
Вася дрожит, а я только сейчас понимаю, что она с мокрой головой и без шапки.
—Почему без шапки?
Меня злит ее такое отношение к собственному организму.
Мне посрать на все, кроме нее, и она должна думать только о себе, а не каких-то там марамойках.
—Я на машине была.
—С кем это?
—Такси, Рустам, а шапку потеряла, я думаю. В таком состоянии, в котором я бежала с универа, чудо что я себя по дороге не потеряла."
"Потухший взгляд голубоглазки заставляет внутренности извиваться на огне. Мы заходим в квартиру. Стоп-кадрами проносятся события последних дней, где у нас были абсолютно другие заботы.
