Удачи, милый (СИ)

От его голоса внутри все трепетало, но я всячески старалась отмахнуться от этих ощущений, заменяя их напоминанием, что он хам, бабник и лжец.

Поднимаясь по лестнице и парируя его фразам, еле сдерживала улыбку, надеясь, что вскоре ему надоест бурчать и мое абсолютное безразличие как-то заденет его самолюбие. Только Андрей, кажется, сдаваться не собирался, а мне очень надо было попасть в комнату его бабули и вернуть драгоценность.

Белов плелся за мной по пятам, расхваливая себя, а я корчила гримасы, пользуясь тем, что он может созерцать лишь мою спину.

— Катюх, — присвистнул Андрей, когда мы оказались в длинном коридоре второго этажа дома. — А у тебя с Максом все серьезно?

— А тебе какое дело? — нахмурилась я, заранее ожидая подвоха со стороны Белова, и он себя долго ждать не заставил.

Я даже рот открыть не успела, как этот негодяй плюхнул руки на мою талию, притянув к себе. Уперлась спиной в его крепкую грудь, забыв, что надо дышать. Мурашки пробежали по позвоночнику, так предательски, что чуть не шмыгнула носом.

Меня злило, что собственное тело так реагировало на прикосновения Белова. Ведь я терпеть его не могла, презирала, а внутри все больше и больше растекалось тепло, словно расплавленный воск, заполняя собой каждую клеточку.

Его губы коснулись пульсирующей венки на шее, заставляя охнуть. Вцепилась пальцами в руку Андрея, будто бы опасаясь, что упаду, сорвусь в пропасть, что появлялась под ногами. А Белов, кажется, и не думал меня отпускать. Наверное, стоило пригрозить ему, оттолкнуть, закричать, но я стояла как приклеенная к этому парню, боясь пошевелиться, волнуясь, что сломаю нечто хрупкое.

Почувствовав мою растерянность, Андрей тут же развернул меня к себе, внимательно и с толикой нежности взглянул в мои глаза, очерчивая большим пальцем контур губ. Дышать перестала, только завороженно смотрела на него, стараясь достать до самого дна этого омута. Падала, все сильнее и сильнее позволяя этой воронке затянуть меня, окончательно перестала сопротивляться.

И если бы он не держал меня, наверное, рухнула бы на пол. А потом его горячие губы коснулись моих. В который раз он целовал меня, но этот поцелуй в пустом коридоре был совершенно другим. Он отличался от предыдущих тем, что Андрей просто целовал, не пытаясь показать себя хозяином положения. И я сама не заметила, как обвила его крепкую шею руками, теснее прижавшись к мужской груди, позволила себе на миг быть слабой и это было моей роковой ошибкой.