Удачная неудача Солнцеликого - 3

Норрей похудел от расстройства, но сдался. График служебных вахт был переделан. За полчаса, между прочим! С помощью кольцевого календаря Витто и моих способностей быстро считать. Понятно, да? Этот капитанистый гад просто не хотел возиться с бумажками и запоминать новое расписание. А солдатики были счастливы разнообразию в жизни, за лопаты и прочий инвентарь взялись радостно.

Самое обидное, что эта свара произошла уже после того, как был снят урожай картошки! Драники на всех — это слишком хлопотно, а вот по полной миске пюрешки на молоке, да с квашеной капусткой, да с отличным стейком, досталось всем.

Лопали и нахваливали. Стонали от удовольствия и мычали неразборчивые благодарности Раштиту. Все! Норрей тоже. А вот сообразить, что такое удовольствие можно вырастить в большом количестве и наслаждаться часто, только руки приложи, это нет, это никак. Тьфу, солдафонище, чтоб он влюбился!

Получился двойной праздник. А чего стесняться? Небывалое угощение есть, жених и невеста в наличии.

 Жаль только, Рушат не пришел, я ждала. И, таки да, свадьба «для своих» у нас была! Вит недоумевал моему упорству, но портить праздник не стал. Чувствовал, что для меня это важно. Очень важно! Я даже на листочке набросала текст клятвы, которую собиралась дать. Не такой, как здесь используют, дескать, обещаю защищать, заботится, приумножать славу и богатство рода, а той которая про «и в горе и в радости».

Времени на полноценную подготовку к торжеству не было, но настроение создать удалось.

Реальную родовую книгу отложили на потом, пока ограничились свитком с клятвой. Ну, и принарядились, как смогли. У Витто с академских времен сохранился приличный, камзол, не черный, что характерно, а насыщенно-синий. Кажется, этот оттенок называется «кобальт». У бабушки была такая синяя чайная пара с золотой росписью, довоенной работы. В прошедшем времени, потому что я ее разбила еще ребенком. Ух, бабуля ремня не жалела, первый и последний раз меня так лупили, вот и запомнила на всю жизнь. На две жизни.

Дядюшка Гунар по случаю праздника сделал мне шикарный подарок — привел в порядок обветренную кожу. Платье, в котором я щеголяла во дворце, то что понарядней — бордовое, и жемчужные шпильки в волосах, вот уже и красавица. Вит как-то видел меня при параде, на обеде у короля. А нынешний парад был только для него, и муж это ценил, иначе не стал бы целовать при Гунаре и Нитте, да так рьяно, что платье показалось немного ненужным.