Удар «Стрелы»

Ответь! Все одно сбежать не смогут.

Мамаев включил сотовый телефон:

— Лось, это Мурка! Че у вас?

— Мурка? Это та, что в кожаной тужурке?

Недолгая пауза, затем:

— Тот, кто обычно в пальто! Слыхала о таком?

И отключила телефон.

Она поняла, что хату-притон накрыли и дружков повязали. Крикнула подруге:

— Лапа! Шухер! Менты Лося с пацанами взяли, валим отсюда!

Но в это время к ней подошли два человека в штатском, взяли под руки:

— Далеко валить собралась, красотка?

— Слова, деточка, подбирай! Ты же не хочешь, чтобы тебе сделали больно?

— Нет, нет, но я ни в чем не виновата.

— Не-е, Лапа тоже ни при чем!

Мурка видела, как из обменника вывели подругу. Один из милиционеров сказал:

— Об этом, Муреночек, поговорим в отделении. А сейчас пойдем к машине. Спокойно, не суетясь. Дернешься, руку выверну, поняла?

— И готовься все об обменнике выложить, как на духу. Это тебе зачтется.

— Конечно! Че теперь отпираться?

— Гм! Можешь мыслить разумно.

— А вы что, поможете? Дадите ширнуться?

— Обязательно! Сколько захочешь.

— Пошла к машине, правда. Теперь о ширеве тебе придется надолго забыть.

Поникнув, девица двинулась к стоящим у обочины неприметным «Жигулям» с тонированными стеклами. Эта машина встала здесь часа два назад. И как они с Лапой не обратили на нее внимания? Ведь из «Жигулей» никто так и не вышел. Вот дуры, надо было проверить тачку! Хотя че толку? Раз менты выпасли хату Лося, то и их держали под контролем, не оставив ни малейшей возможности слинять.

Размышлять Мурке долго не пришлось. Ровно столько, сколько заняла дорога от обменника до ближайшего отделения милиции, где девицы безо всякого давления подробно изложили план Лосева по несостоявшемуся ограблению и признались чистосердечно, как было отмечено в протоколе, во всех ранее совершенных бандой преступлениях, не оставив дружкам возможности отпираться, по сути — сдав их с потрохами.

Группа же Вьюжина, передав обезвреженных бандитов милиционерам, покинула объект применения. После акции ребята повеселели, обменялись мнениями, а значит, постепенно приходили в себя. К ним вновь возвращалась уверенность в собственных силах, и тупая боль бессилия — результат сорвавшейся операции в Новокоролевске, медленно, но начала отступать.