Удар «Стрелы»

Ей казалось, что ведут они себя слишком вызывающе, женщины носят брюки, а некоторые вообще и курят, и пьют! Это для девушки, воспитанной в традиционной афганской семье, являлось необычным и неправильным. Анисе еще предстояло изменить взгляды, и в этом ей активно старался помочь супруг. Сегодня походом в такой пугающий для Анисы лес.

Молодая женщина уже собрала спортивную сумку, как, открыв квартиру своим ключом, в прихожую вошел Лебеденко. Аниса воскликнула:

— Ты уже все? Освободился?

Офицер сел на пуфик, виновато глядя на жену, вздохнул:

Посмотрел на часы и добавил:

Аниса искренне удивилась:

— Но почему на полчаса? Ведь мы же собрались в лес?

— Собраться-то собрались, да только облом вышел.

Старший лейтенант махнул рукой:

— Да никто и никуда! Накрылась наша лесная прогулка большим медным тазом.

Офицер поднялся, подошел к жене, обнял ее:

— Любимая, дело в том, что мне скорее всего предстоит убыть в командировку. Куда, не знаю. Через полчаса я должен вернуться в штаб.

А куда дальше, это известно только начальству. Так что, извини, но на сегодня прогулки, как и все остальные семейные дела, отменяются. На сегодня и на ближайшее время, сроки которого я тоже назвать не могу.

Аниса прижалась к мужу:

— Ты с друзьями вновь полетишь в Афганистан?

— Вряд ли, в России и своих «горячих» точек хватает, а там черт его знает!

Женщина упрекнула мужа:

— Зачем ты ругаешься?

— Конечно! Черта вспомнил зачем?

— Вот ты о чем! Это я не ругаюсь, дорогая.

Ты лучше собери паек, что в холодильнике, и уложи в мешок, пока я переоденусь.

Аниса безоговорочно подчинилась:

Лебеденко проговорил ей вслед:

— Наивное создание. Я, видите ли, ругаюсь?! Не слышала ты, дорогая, как… да ладно! Надо делом заниматься, а то часики тикают и тикают.

Старший лейтенант прошел к бельевому шкафу «стенки», где висел его боевой костюм. Выложил его на софу, сам отправился в ванную. Приняв душ и уложив в пакет туалетные принадлежности, вышел в комнату, быстро переоделся.

Аниса уже сделала свою часть работы и сидела в кресле, поджав под себя ноги. На глазах ее проступили слезы. Лебеденко подумал — этого мне еще не хватало. Подошел к жене, присел перед ней на корточки:

— Ну что ты, любимая? Я ненадолго! Не успеешь соскучиться, вернусь! Подарок какой-нибудь тебе привезу. Не надо плакать!

— Ты уходишь на войну, как же мне не плакать? Ведь мужчины на войне не в игрушки играют. Они убивают друг друга.