Удержаться на краю

 – Виктор вылил остаток содержимого банки в кружку и сделал глоток. – Тут надо копать в направлении – кому выгодно. Ну, допустим, племянница генерала была барышней вполне определенного свойства: квасила, регулярно устраивала шумные посиделки, к ней вечно шлялась какая-то шантрапа, из-за нее соседи не могли поставить на подъезд дверь с кодовым замком, и ее визитеры, да и просто обычные прохожие превратили подъезд в отхожее место… В общем, Надежда Рудницкая вела антиобщественный образ жизни, так что пока можем предположить, что она кого-то просто достала.

Кстати, сестрица ее вообще другая. Вот как дети, выросшие в одной семье, в одинаковых условиях, – и такие разные. Принципиально разные, я бы сказал.

– Были похожи, Дэн. Вот это точнее – были похожи. – Виктор допил пиво и с сожалением заглянул в пустую кружку. – В детстве, подростками – скорее всего – были похожи вообще как двойняшки, разница-то между ними меньше года. Но потом в какой-то момент их пути разошлись, и по итогу Надежда выглядела лет на десять старше Любы.

Допустим, кто-то убил ее, потому что она достала соседей. С натяжкой, но – допустим. То есть имеется какой-никакой мотив. Но кому могла помешать тихая, интеллигентная Милана Сокол?

– Не знаю. – Реутов изучает картотеку. – Работает на аутсорсинге: обслуживает сервера, она технарь. Чинит поломки, меняет сгоревшие детали, окончила наш радиотехнический институт пять лет назад – когда-то он выпускал специалистов для местного завода. В статусе вдовы. Помнишь то жуткое ДТП на трассе, недалеко от Привольного? Мы с тобой еще в старом отделе работали.

– Когда водила умер от инфаркта и грузовик, потеряв управление, врезался в рейсовый автобус?

– Да, это. – Реутов бросил в чашку пакетик с чаем. – В том ДТП погибли муж Миланы и свекровь, и эта квартира досталась ей.

– Ну, вряд ли она причастна.

– Она и не причастна, это случайность. Но я копнул, и оказалось, что в девичестве гражданка носила фамилию Клемпач, и вот родня у нее весьма красочная. Восемнадцать детей у мамаши-героини, и все, как один, кроме нашей фигурантки, – рецидивисты.

Шестеро уже покойники… племяши тоже по зонам, кто постарше. Да, семейка та еще. Ну, парни тут – Саша, Ваня, Коля, Игорь и далее – ничего примечательного. И в процентном соотношении парней в семье было меньше, и преступления они совершали незатейливые: злостное хулиганство, воровство, разбой. Никаких извращений, короче, все просто, как ножка стула: украл, выпил – в тюрьму.