Удержаться на краю

 – Сейчас к вам выйдет сотрудник, его зовут Виталий Андреевич Семенов. Капитан Семенов, да. Вы пойдете с ним и все ему расскажете, напишете заявление, если будет нужно, и мы сделаем все, чтобы вам помочь.

Реутов повернулся к застывшему с почтительно-испуганным выражением лица сержанту:

– Вызови сюда Семенова и скажи, что я распорядился, пусть занимается вместе со своими архаровцами, самое для них дело.

Понятно, что дело глухое – крайне редко пропавшие без вести находятся, и еще реже они находятся живыми. Но Реутов понимает, что матери парня сейчас нужно участие, ощущение того, что она не одна посреди своей беды, а стажерам капитана Семенова полезно будет оторваться от словарей и получить опыт разыскной работы.

– Вот сержант вам водички принесет. – Реутов хмуро зыркнул на дежурного, и тот попятился в сторону кулера. – Вы успокойтесь, капитан Семенов сделает все возможное, чтобы вам помочь.

Реутов думал о том, как хорошо, что Катюшке только полтора года и она никуда не может сама уйти и пропасть, находясь под неусыпным вниманием матери и двух чередующихся нянь.

Но она же вырастет, и что он почувствует, если вдруг она в какой-то момент вот так уйдет – и не вернется?

«Даже думать не хочу об этом. – Реутов внутренне содрогнулся. – Такого никогда не случится».

Но он лучше других знал, что плохое иногда случается, и люди обычно оказываются не готовы к такому повороту, искренне считая, что беда – она где-то там, у других, далеких и незнакомых, а с ними уж точно никогда ничего подобного не стрясется.

Но правда в том, что беда – барышня бесцеремонная и заявиться может абсолютно в любой дом, незваная, и от этого еще больше страшная.

И вряд ли парень по имени Кирилл жив, хотя надежда есть всегда, и Реутов искренне желал, чтоб неведомый Кирилл нашелся. Тогда он не поленится и сам оттреплет паршивца за уши, даром что ему двадцать два года.

Посетительница взяла из рук сержанта пластиковый стаканчик с водой.

– Как найдется, первым делом ремня ему всыпать.

 – Сержант вздохнул, снова покосившись на Реутова. – Пацанва сейчас балованная.

– Нет, что вы, Кирюша… он совсем не такой, потому я беспокоюсь!

А лучше б был «такой», подумалось Реутову. Потому что именно домашние дети чаще других попадают в беду – просто не умеют выживать в городских джунглях. Они доверчивые, распахнутые миру, все эти домашние мальчики и девочки, которых растили в любящей семье, ограждая от пагубного влияния улицы, где хулиганье и наркоманы.