Удиви меня

— Ты еще и мошонку ему пропальпировала. Ну молоток. А, кстати, как ты ее пальпировала?

— Надела виниловые перчатки и коснулась тыльной стороной ладони сначала одного яичка, а потом другого, чтобы сравнить разницу температур. И я ее не пальпировала.

— Ты просто умничка, Полина. Вот без шуток. Давай позовем Михайлова в смотровую. Не будем смущать мужчину при всех, когда будем задавать интимные вопросы.

Хотелось бы мне послать его в самую настоящую жопу, но не могу не признать, что он прав. Грустный, плохо слышащий дядечка пятидесяти восьми лет, по фамилии Михайлов, выглядящий на все семьдесят, и без того при мне стеснялся опустить трусы под одеялом, а тут вдвоем, да еще и с расспросами.

Алмазов вполне доброжелательно завел его в процедурный кабинет, уложил на кушетку и ровно через секунду, после того, как тот спустил штаны, произнес вслух то, чего я уж точно от него не ожидала.

— Еп твою мать…

— Что, говорите?

— Я спрашиваю, Виктор Михайлович, давно такая мошонка? Вы же не жаловались все эти дни ни на боль, ни на такие размеры.

За сутки такое не появляется.

— Ну как давно… вот как девушку эту встретил, — Михайлов взглянул на меня так, как будто это я его чем-то заразила, Ей Богу!

— Откуда ж я знаю, когда вы ее встретили. Может, вы с ней давно… дружите и мошонку раньше ей показывали, — быстрый взгляд в мою сторону и этот… сученыш еще и подмигивает мне.

— С понедельника, наверное. А может с воскресенья.

— Понятно. Ничем не прищемляли? Дверью, например. Может в душе упали. Точно травм не было? — рассматривая со скорбным лицом раздутое хозяйство, интересуется Алмазов.

— Нет. Ничего не было.

— Половой жизнью живете? Когда был последний половой акт?

— Ой, давно, года два назад, как жену похоронил. Не до этого дела было.

— Ну да. Согласен, не до этого, — вполне серьезно, без тени шутки произносит Алмазов, выбрасывая перчатки в мусорную корзину. — Смотрите, Виктор Михайлович, сейчас у вас возьмут кровь из вены, а примерно через полчаса, может час, отправим вас на УЗИ. Там посмотрят вашу мошонку.

А дальше мы сюда приведем уролога и от этого будем отталкиваться. Одевайтесь. Пойдемте, Полина Сергеевна, обсудим, — подхватывает меня под локоть и выводит из процедурного. — Позвони в ОФД, попроси взять его по cito и не забудь написать в истории кратенько эпикриз. Заболел остро, жалобы на сильную, усиливающуюся при движении боль в мошонке, бла-бла-бла, короче придумаешь. Все, беги. А за побегушную работу, я тебя, радость моя, подвезу до дома.