Угрюмый герой

Удовлетворяют похоть. Они получают кайф, щупая друг друга, целуя, облизывая, посасывая и, конечно же, тыкая гениталиями. Они похожи на пребывающих в лихорадке животных, нелепо и бессистемно трущихся друг об друга. И это если описывать один акт.

А если их много, то разница между терминами «заняться любовью» и «потрахаться» вырастает, на мой взгляд, в два или три раза. Как огромные бесшерстные кролики, разумные периодически стукаются друг о друга, оглашая пространство воплями страсти и похоти.

Иногда разрывается одежда, иногда расцарапывается кожа, иногда одного из них застают и почти принуждают к соитию в самое неожиданное время и в самой неожиданной позе… и это здорово. Это искренне. Некрасиво, нелепо, смешно… но искренне, в отличие от «занятий любовью».

Две недели и три дня «Солнышко» летело черти знать куда, следуя маршруту, который менялся по паре раз в день. Иногда и по десятку раз в час, так как Стелле почему-то очень было удобно держаться за штурвал во время наших экзерсизов.

Мы приставали друг к другу буквально везде и всюду, где только можно и нельзя. Исключением служила лишь внешняя обшивка дирижабля, да гальюн. В последнем поддувало слишком уж свежим зимним воздухом.

Причины? У меня-то от долгого воздержания накопилось, ну а госпожа Заграхорн была, так сказать, в самом-самом зрелом возрасте. Если брать во внимание физиологию гоблинов, то, можно сказать, в перезрелом. А еще она была девственницей, от чего я немало времени, свободного от периодического страстного траха, посвятил облаиванию её папаши самыми черными словами.

Воспитал, мать его, личного пилота, а теперь, из-за задержки в половом развитии, у зеленокожей и красноголовой полугоблинши натурально снесло крышу.

К счастью, не на постоянной основе и не сильнее, чем обычно.

Когда мы в очередной раз сделали незапланированную посадку, чтобы заправить баки водой, я понял, что так жить нельзя.

Время течет, дела не делаются, а секс далеко не всему является ответом. Хотя, конечно, приятно, но, когда видишь, что девушка делает себе миниюбку из тех же тряпок, аргументируя, что замучилась уже кроить новые шорты, понимаешь, что на роль сексуального гиганта не нанимался. Делу должно быть время, а потехе час. Выход же нашелся достаточно просто.

— Сволочь. Гад. Сатрап! — бухтела полугоблинша, приседая с заведенными за затылок руками.