Угрюмый герой

— Они обязаны быть в полной боевой готовности, — мотнул агент головой, — Учитывая, что над нами летает Зейн… Может, гранаты?

Массивные гладкие шары гранат в оружейных шкафах присутствовали в ящиках, заботливо переложенные соломкой. Опасаясь, что шум от детонации пройдет сквозь переборки, мы обратились к волшебнику. Обальд, посмотрев на нас с изумленным видом, сообщил, что шансов на магию никаких — для дистанционного усыпления кого-либо ему нужно время для заклинания. Слишком много времени. Кивнув, я быстро пробежался по коридору, держа в зоне видимости область, находящуюся у нас под ногами.

Прикинув, что до ближайшего силуэта на минус втором уровне где-то около двух метров почвы, бетона и переборок, я счел, что возможность использовать гранаты — единственно приемлемая.

Это было просто. Просто, жутко и кроваво. Я, как наиболее сильный, страховал дверь, едва приоткрыв её ровно настолько, чтобы бешено снующая руками эльфийка быстро закинула внутрь помещения шесть гранат, с выдернутыми крепкими гномьими пальцами чеками.

Мы услышали лишь глухой удивленный вопль, дружно отскакивая от двери, а затем… дробно и мощно грохнуло. Тяжеленную стальную дверь едва не снесло с петель, от чего я, еще не начав нормально слышать, порадовался, что не стал озвучивать идею навалиться на неё вчетвером после закидывания гранат. Волди пришлось легче всех, сообразительный кот заранее ускакал аж к лифту.

Внутри казармы оперативного отряда было месиво. Оторванные конечности, разорванные тела, истекающая из зеленых тел кровь, всего этого оказалось достаточно, чтобы прижавшая ладонь ко рту Лайтен моментально отпрыгнула куда подальше.

Контроль пришлось проводить мне.

И… я нарвался. Пыль, витающая в воздухе, ящики и койки, валяющиеся вповалку с телами, отсутствие признаков каких-либо эмоций, всё это сыграло со мной дурную шутку. Из-под груды хлама, в которой с трудом можно было угадать бывший деревянный стол, выметнулась рука с зажатым в ней клинком, тут же погрузившая оружие мне прямо в бедро.

Нож был размером со старрх, но другой формы, узкий, вытянутый, хищный. Он насквозь пробил мне ногу выше колена и погрузился на одну пятую лезвия во вторую опорную конечность. Выхватив миниатюрные револьверы, как самое быстродоступное оружие, я еще в падении начал разряжать барабаны в окровавленную рожу, высунувшуюся из-под обломков стола. Лицо орка под градом револьверных пуль быстро превратилось в разорванную маску, боец захрипел, затихая.