Угрюмый герой

Сможет ли она его поддерживать, если начнет погружаться в пучину? Или телепортируется? А вдруг нет?

Корма горящего пиратского корабля разлетелась, выпуская из себя сияющую сферу диаметром около двух метров, тут же устремившуюся вверх!

Я скрипнул зубами, следя за поднимающимся объектом. Улетит? Телепортируется? Сколько в нем разумных? Те ли это, которые мне нужны?

Сфера, поднявшись на несколько десятков метров в воздух, зависла на секунду на месте, а затем неуверенно полетела в сторону ближайшего острова, постепенно снижаясь и теряя интенсивность свечения.

Бросив прощальный взгляд на гудящую и плюющуюся искрами Нимродель, уже полностью охваченную воющим пламенем, я последовал за магическим объектом, неотступно держа его взглядом.

Он летел. Медленно, покачиваясь, теряя скорость через неравномерные промежутки, становясь всё более и более прозрачным. В какой-то момент он уже был в паре метров над водой, и я увидел внутри него женскую фигурку. Она одна лежала на дне сферы, свернувшись в клубок, а на её коже пульсировали, затухая, белые волшебные линии.

Чем слабее был их пульс и свет, тем менее уверенным было движение сферы. Несложно было понять, что именно это за узоры — заклинание, вплетенное в татуировку. Оно было неактивным, поэтому Негатор его и не сломал. Но когда Тариус умер, и реликвия дезактивировалась, носительница татуировки пустила по ней энергию, спасая себя из ада.

А затем магическая сфера лопнула, позволяя своему содержимому с плеском рухнуть в воду.

Я не терял ни секунды. Не сомневался. Не думал. Быстро подплыл к распластавшейся на поверхности воды обнаженной женщине и нырнул так, чтобы выйти из воды прямо под ней. Накалывая её на старрх, с силой пробивая его массивным лезвием слабое и худое тело так, что спасшаяся из пожара буквально улеглась мне головой на плечо. Только увидев/почувствовав, что удар точно смертельный, я слегка разжал челюсти самоконтроля, расширяя своё зрение достаточно, чтобы увидеть… и понять.

Пораженная мной женщина не была Суматохой. Слишком маленькое, почти детское тело. Сгоревшие волосы, обугленные конечности, почти лишенные пальцев, страшные ожоги по всему телу и лицу. Но несмотря на это, я её узнал.

— Саломея Аддамс, — выплюнули мои губы вместе с толикой морской воды.

Тело, весящее столь мало, что я без проблем удерживал над водой, захрипело и слабо дёрнулось.