Волосы темные, волнистые, собранные красиво. Макияж деликатный, стрелки, подчеркивающие темные глаза, цвета черешни. Она эффектная, грудь у нее значительно больше, обтянута шелковой блузой. Юбка карандаш с завышенной талией, стильные лаковые лодочки. Стиль классический, строгий… Деловой такой. Аксессуары не из дешевых.
Я так никогда не одевалась. Пожалуй, только на защиту диплома. И то набросила жакет поверх платья-футляр. Но никогда не одевалась вот так, словно претендовала на звание самой сексуальной секретарши.
И в голове роятся мысли.
Сомнения, словно улей потревоженных пчел.
Жалят и жалят меня…
Вопросы один за другим не дают покоя.
Она работает на его фирме?
Не видела ее в головном офисе, но я не видела ВСЕХ сотрудников, верно?
Я редко бываю на работе Ильи… Вполне возможно, эта Карина или, как ее там… Восседает в одном из роскошных кабинетов, а потом они запираются там и предаются страсти за закрытыми дверьми.
Возможно, они друг другу подходят больше.
Значительно, больше.
Может быть, ему с ней не скучно? Я не сильна в экономике, бизнесе и в цифрах… Наверное, им есть что обсудить, кроме их… ребенка!
Боже, вот опять меня скручивает от мысли, что с ней он ребенка завел, но со мной не захотел.
Не захотел…
И, боже, она старше меня лет на десять, если не больше!
В этот момент окончательно рассыпает бумажный домик из привычных мнений, что в любовницы берут красивее, моложе и стройнее.
Я моложе и стройнее. Красивее или нет — вопрос спорный, тут дело вкуса. У нее красота — знойная, у меня — спокойная, тихая…
И все-таки он — с ней — семью создал.
Не со мной…
Я теряюсь в догадках, что же у него со мной? Просто приятная разрядка?!
Карина цокает до самого кресла и садится, начинает рыться в сумочке.
— Так, — злюсь. — Вы кто такая, вообще? Выметайтесь!
Нажимаю на специальный звоночек, чтобы вызвать дежурную медсестру.
Она не появляется в ту же секунду, и я снова звоню, нажимаю, психуя!
Понимаю, что нервными жестами себя выдаю, но не могу остаться спокойной. К самому горлу истерика подкатывает!
У меня даже в волосы этой гадине вцепиться не получится.
Потому что я лежу на гребаной распорке, с катетером и заботливо подложенной уткой, на случай опорожнения, а эта стерва выглядит сочной вишенкой и пахнет… как парфюмерный завод.
Не выношу сильный запах духов, они всегда меня душат. У Карины — тяжелый, восточный парфюм. Просто убойная смесь.
— Еще раз повторяю, убирайтесь! — шиплю.
Дотянувшись до стакана с водой, выплескиваю ей в лицо.
