Чайник, однако, был новехонький, видно, тот, старый, сломался, да и заварочный чайничек красоты неописуемой стоял на почетном месте.
– А вот и мы, – сказал Игорь, входя в кухню, – ой, пирогом как пахнет! Знакомься, Надя, это друг мой старый, Лева.
– Лев Цыпкин, – сказал, подавая руку, такой смешной человечек, что Надежда едва не прыснула.
Имени соответствовала только его голова. Большая, красивой формы, увенчанная пышной седой гривой. На лице привлекали внимание глаза – темные, яркие, блестящие. Все это великолепие держалось на довольно хилом теле и коротких ножках.
Только руки были как не от этого тела – пальцы длинные, гибкие, ладони узкие. Все вместе производило странное впечатление, ясно, что Игорь никак не мог пройти мимо, как раз для него такая натура.
Надежда представилась и стала резать пирог.
– Ты не смотри, Лева, что она такой скромницей глядит, – посмеивался Игорь. – Надя у нас знаешь кто?
Хлоп! – Надежда ловко уронила нож рядом с ногой Игоря и, нагнувшись, больно ущипнула его за голую икру.
– Хм… Надя – она старинная моя приятельница, мы с ней сто лет дружим… – смущенно пробормотал Игорь, правильно поняв Надеждины телодвижения.
Да она и посмотрела на него грозно – дескать, кончай трепаться про меня, удружил уже однажды, век не забуду!
– Кушайте, – приветливо улыбнулась она Льву, пододвигая ему тарелку, – и чай какой у тебя, Игорь, вкусный.
– Китайцы подарили, – подмигнул Игорь, – чайник и чай какой-то немыслимый, не спрашивай, как называется, язык сломаешь.
Они у меня три картины купили.
– И до Китая слава твоя дошла, – прищурилась Надежда."
"– Ага, и до Израиля, – вставил Лев, – я сейчас там живу, сюда по делам часто езжу.
– Лева у нас кинопродюсер известный, – сказал Игорь, – всю жизнь с кино был связан.
– С детства кино люблю, – рассмеялся Лев, – хотел в актеры пойти, да куда уж с такой внешностью, сначала на оператора выучился, потом сам снимал, а теперь вот продюсер.
За чаем они вели занимательную беседу, Лев оказался талантливым рассказчиком.
И поговорить любил.
– Все. – Игорь отодвинул чашку и посмотрел на старинные часы с кукушкой, что висели в простенке.
Циферблат был расписной, стрелки фигурные, правда, кукушка давно уже перестала выскакивать по причине преклонного возраста, но сами часы ходили, причем довольно точно.
– Надежда, говори быстро, что тебе нужно, а то мы работать пойдем, нужно сегодня закончить. А вечером у меня мероприятие, – он слегка поморщился.
