Украденная невинность, или Право первой ночи

Менял тех через несколько месяцев, будто промывая таким образом мозги. Вот только все происходило слишком медленно. Хотелось охватить сразу всех, показать им, что мы не те, кем принято нас считать, что мы намного лучше и человечнее некоторых.

— Знаешь, почему я тебя недолюбливаю? — вдруг спросил Иллар.

— Мне не особо интересно.

— Ты сын своей матери, — все же произнес он и повернулся ко мне. — Кажешься скромным, пай-мальчиком, таким светлым и послушным. Но на самом деле в тебе скрываются амбиции, которые и погубили нашу расу.

В груди кольнуло, будто он затронул незажившую рану. Потому я не удержался от ответа:

— Слушай, меня уже больше года не отпускает вот какая мысль… — Я посмотрел в его черные глаза и ехидно уточнил: — Ты уверен, что отец дочери Эмилии — это ты?

Иллар все же не сдержался…

Конец"