Но когда его руки скользнули по ее спине и обхватили ее сзади, Марина почувствовала, что ее колени долго не выдержат.
— Бахир! — вскрикнула она.
Он уже знал, что ей нужно. Как когда-то, он инстинктивно понимал ее желания.
Прижав ладони к ее щекам, Бахир целовал ее до тех пор, пока она не была окончательно одурманена и его собственное дыхание не сбилось. Оторвавшись от нее, он произнес голосом, полным желания:
— Только одна ночь. Это все, о чем я прошу.
Она прекрасно понимала, о чем он говорит. Он не изменил своего решения и не хотел, чтобы она навсегда вернулась в его жизнь.
Бахиру не нужна ее любовь. Но он предлагал ей эту ночь, или то, что от нее осталось.
Соглашаться ли ей?
Если бы она была сильнее, как ее младшая сестра Аиша, которая приручила своего собственного могущественного шейха!
Итак, перед ней выбор: либо эта ночь с ним, с принесенными в жертву принципами и гордостью, либо — ничего. Но гордость и принципы никогда не заставят ее сердце биться так быстро, как взгляд или нежное прикосновение.
Они не отправят ее в рай, по дороге посещая все заманчивые места. И вообще, что такое гордость и принципы по сравнению с раем?
Одна мучительно короткая ночь рая. И через несколько скоротечных часов им нужно будет вернуться в аэропорт, чтобы продолжить полет.
Стоит ли это все того?
О да!
А завтра она расскажет Бахиру про их сына, и уже будет не важно, захочет ли он ее увидеть вновь или нет. Завтра у нее будет эта единственная, украденная ночь…
Она посмотрела в его глаза и увидела в них нетерпение, настойчивость и полыхающее желание, которое перекликалось с ее собственным.
— Только одна ночь, — согласилась она, и в этот же момент Бахир подхватил ее, как пушинку, на руки и понес в свой номер.
Он аккуратно положил ее на кровать, которая выглядела так, как будто шторм прошелся и по ней тоже. Его кровать была зеркальным отражением кровати, оставленной в ее номере: покрывало валялось на полу, подушки, казалось, вот-вот закончат свой век, после несметного количества ударов.
И ей немного польстила мысль — она может быть причастна к тому жару, который не давал ему заснуть…
Стоя у края кровати и разглядывая ее, Бахир расстегнул рубашку и отбросил ее на пол. Влажная золотистая кожа засияла в свете луны. Затаив дыхание, Марина наблюдала, как к рубашке вскоре присоединились брюки и шелковый лоскуток, называемый нижним бельем.
Теперь Бахир стоял перед ней во всем своем великолепии, абсолютно голый, гордо демонстрируя свою эрекцию.
