Украденное кольцо

Я видела появившийся блеск в глазах лорда Дамистера, как только я показалась в своем новом наряде, но сделала вид, что не замечаю его вообще. Рассаживаясь за богатым столом, предпочла сесть между Марвином и Рейнольдом, в то время как Герберт сел около Аланы, а ректор рядом с лордом Уилсоном, продолжая бросать на меня взгляды, которые пока не могла разгадать.

— Ты настолько прекрасна, — произнес тихо Рейнольд, взяв мою руку и прикоснувшись губами к тыльной стороне ладони. — Почему ты мне раньше не встретилась? — заигрывая, проговорил он.

— Прости, но, как сказал один магистр ты в списках значишься третьим, — развела я руками.

— Я думаю второй уже отпал, — показывая глазами в направлении Герберта, скорее всего ты прав, рассмеялась над его словами, наблюдая, как мой одногруппник неуклюже обхаживает Алану. — Так что, остается только один, но жизнь у меня долгая, а таких как ты, Рианна, стоит подождать, — проговорил он серьезным тоном, от которого меня бросило в жар.

Захотелось пить, и я взяла предложенный им напиток, почувствовав на себе предостерегающий взгляд ректора, на который я предпочла не обращать внимание. Легкость овладела моим телом и мыслями, стоило мне допить. Я больше не задумывалась над проблемами, а просто стала наслаждаться вечером. После второго бокала взгляд магистра стал еще мрачнее. Я заметила, что Герберт, который также пил этот напиток, стал странно себя вести, уже не скрывая своей симпатии по отношению к Алане, но я ведь чувствовала, что в нем не было алкоголя. Меня стало бросать в жар еще больше, несмотря на то, что на мне было тончайшее платье. Когда Рейнольда кто-то отвлек, я поднялась, чтобы выйти подышать немного свежим воздухом и охладиться. В тот момент не заметила, что встала из-за стола не одна.

— Вы решили сегодня превзойти саму себя? — злобно прозвучал вопрос ректора, который стоял за моей спиной, набрасывая мне на плечи свое пальто, согревая своим теплом.

— Лорд Дамистер, скажите, — резко развернулась я к нему, — что Вас не устраивает на этот раз? — поинтересовалась у него. Он был зол, что было очевидно.

— Ты позволяешь смотреть на свое тело, лишь слегка прикрытое прозрачными тряпками, — уже не скрывая злости проговорил он.

— А Вам какое до этого дело? И сам не гам, и другому не дам? — поразилась своей дерзости.

— Значит так? — его глаза обещали мне расплату за свои слова.