Украденное кольцо

Рейнольд попытался завести разговор о том, что со мной произошло, но я попросила не упоминать об этом, не желая будоражить свои воспоминания. Он рассказывал про то, чем они занимались в походе, как лорд Уилсон придумывал для них все новые и новые задачи, но напряжение, появившееся еще на лестнице, так и не прошло до тех пор, пока не настала пора им снова уходить. Когда Рейнольд стал поглядывать на часы, я расстроилась. Приподнявшись на локте, я посмотрела на эльфа. Он улыбался, но усталость залегла под глазами, и я нежно погладила его по щеке, в надежде забрать ее.

Он перехватил мою руку, а затем ловко перевернул меня на спину, так, что я была прижата к кровати его весом. Эльф стал осыпать нежными поцелуями мое лицо, а я ловила его губы в попытке поцеловать, но он вертко от меня изворачивался. Рейнольд поддался мне, и с моей помощью распластался на спине, и когда мои губы были в сантиметре от его, чувствуя дыхание эльфа, снова оказался сверху меня. Он играл со мной, и мне это нравилось. Всматриваясь мне в глаза, он медленно нагнулся к моим губам, и я закрыла глаза. Он не стал затягивать поцелуй, и мне было жаль, что из-за моей привязанности к лорду Дамистеру не могла испытать всепоглощающей страсти, и приходилось довольствоваться малым.

Рейнольд начал вставать, но я обхватила его ногами и руками, и теперь он снова был в моей власти, его также веселила наша игра.

— Когда придешь? — прошептала ему на ухо.

— В следующую субботу, — печально вздохнул он.

— А раньше никак? — загрустила я.

— Прости, но я так измотался, что чувствую мне не хватит сил на два перехода сразу, — он извинялся, но я понимала, что слишком много от него хотела. Просто мне нравилось быть с ним рядом и болтать на разные темы.

— Я буду ждать следующую субботу, — улыбнулась ему.

— А я буду ждать тебя, — серьезно проговорил мне, после чего снова поцеловал в губы.

После его ухода появилась тоска, и захотелось поплакать от обиды, что сама натворила такого, что еще полгода разбираться надо, а могла бы уже нормальные отношения построить.

Проплакав до конца вечера, все же кое-как уснула.

Проснувшись и не зная, чем сегодня заняться, пошла за конспектами к Герберту, который спросонья долго не мог понять, что мне от него надо в воскресенье в восемь утра. Затем, все же выдав мне желаемое, я отправилась к себе в комнату, возле которой меня поджидал посыльный с огромным букетом красных роз.