Украденное кольцо

Я знала, что даже попросив у него извинения, уже все равно ничего не изменить, и мне осталось только смириться с этим.

Герберт же был очень доволен, когда узнал, что меня больше ничего не связывает с ректором. Я полностью отдалась учебе, с которой мне по-прежнему помогал мой одногруппник, чтобы проводить со мной больше времени. Заметила, что он часто смотрел на меня не отводя глаз, при этом слегка улыбаясь, а когда наклонялся ко мне, желая поцеловать, то находила кучу отговорок, чтобы этого не происходило, ограничиваясь, максимум поцелуем в щечку.

Видела, что у него был всегда при этом удивленный вид, но знала, что рано или поздно Герберт задаст мне вопрос, почему я так с ним поступаю?

Зима полностью уже вступила в свои права. Каждый день шел снег, и вскоре намело большие и мягкие сугробы. Наша группа любила строить снежные крепости, из-за которых мы потом кидали друг в друга снежками. При этом Герберт любил быть со мной по разным фронтам, чтобы закидать меня снежками, а потом догнать и завалить в снег.

Мне никогда еще не было так весело, мой заливистый смех разносился по всей округе.

В выходные Герберт все чаще оставался со мной в общежитии.

— Пошли покатаемся с горки! Будет весело, посмотришь! — предложил он мне как-то.

— Я даже не знаю, — задумалась над его словами.

— Решено, я скоро! — побежал одеваться.

Воспользовавшись моментом, я тоже быстро переоделась. Герберт зашел за мной, идти было недалеко, минут двадцать, и мы оказались около крутого склона.

Желающих прокатиться имелось хоть отбавляй. Исчезнув на пару минут, Герберт пришел с санками. Сначала он долго меня уговаривал попробовать съехать с горки, но когда все же я сдалась, то получила такое наслаждение, что потом сама бежала побыстрее обратно на верх, чтобы прокатиться еще раз.

Мы катались долго, до тех пор, пока в нас не въехали другие санки, после чего меня выкинуло на пару метров из своих, заставив животом проехаться почти всю горку. Герберт подбежал ко мне и помог подняться.

— Ты как? — поинтересовался он.

— Нормально! — ответила на нервах, переживая о том, чтобы сейчас не появился ректор. Так мои ладони были красными и сильно саднили, но он не появился ни сейчас, ни потом, когда я сдавала «Полеты на метле» в специально отведенном для этого зале, не рассчитав высоты и ударившись головой. Больше я его так близко, как в ту ночь уже не видела. Только один раз издалека со спины, когда он выходил из академии.