Украденное кольцо

— Это я тоже заметила, какой красивый мужчина! Вы так смотритесь вместе! — рассмеялась она.

— Матильда, ну что ты такое говоришь! Во-первых, мне нравиться Герберт, — в чем я не была сейчас уже так уверена, — а во-вторых, он ректор академии, в которой я учусь, — пыталась привести доводы на ее нелепые слова.

— Знаешь, Рианна, Герберт красивый парень, ничего не могу сказать по этому поводу, но я не вижу того пламени между вами, которое увидела в твоем танце с лордом Дамистером, так что сама задумайся над этим, — я понимала, что она советовала от чистого сердца.

— Матильда, кто я и, кто он! Я думаю, что ты знаешь, что лорд Дамистер племянник самого императора, — возразила ей.

— Любовь Рианна стирает все границы, — только и сказала она, после чего мы обе замолчали.

Какая любовь? О чем она вообще говорит? Если меня тянет к нему, как к мужчине, это не значит, что я люблю его! То же самое можно сказать и про него. Он любит свою блондинистую дамочку, которая похоже не любит его, но это уже их проблемы.

Скорее всего, наше взаимное притяжение, это просто проделки брачного заклинания, которое я на него наложила. Тем более, что лорд Хенсток что-то там говорил, что магия будет усиливаться со временем. От мыслей голова разболелась так сильно, что я предпочла отправиться спать, о чем сообщила Матильде, которая пожелала еще остаться в гостиной.

Еще вечером предупредила Гретту, что она мне не понадобится и я сама справлюсь без ее помощи. Стала перед зеркалом, чтобы посмотреть на себя в отраженье.

А лорд Дамистер был прав, корона мне и правда к лицу! Аккуратно сняв ее, положила на видное место.

Чужие руки на моем теле, а затем и поцелуй в губы вызвали такое отвращение, что я бросилась в ванную, чтобы смыть его остатки со своих губ, словно это и вправду происходило со мной. То, что так внезапно началось, так же внезапно и закончилось. Слезы полились по моим щекам от безысходности ситуации, ревности и жалости к ректору. Что же дальше будет со всеми нами — это главный вопрос, который не давал мне покоя.

Успокоившись, решила, что стоит ложиться спать, так как утро вечера мудренее.

После бала оставалась всего одна неделя каникул, которая пролетела также незаметно, как и предыдущие две. Мое тело настолько расслабилось, что позволяло мне спать чуть ли не до обеда, после долгих разговоров с Матильдой и отцом, и чтения книг чуть ли не до утра. Возвращаться в академию и хотелось, и нет, одновременно.