Укради мои слёзы...

Уперся, как баран, и даже слышать ничего не хочет.

Вот и приходиться проявлять осторожность, чтобы он не узнал, что я применяю время от времени свой дар в совершенно лёгких для меня случаях.

Дверь резко распахнулась, явив нашим с Машей очам моего супруга. Удивление от того, что в этом небольшом помещении, которое исполняло роль кухни, и где Маша готовила кофе, чай и лёгкие закуски, если Тимур задерживался допоздна на работе, присутствовала моя персона, быстро сменилось лёгким прищуром глаз, в которых тут же заплясало лёгкое подозрение.

Моя широкая невинная улыбка и слова «привет, дорогой» лишь укрепили его подозрения в том, что здесь что-то «не чисто». Он медленно перевел взор на секретаршу и применил свой фирменный ледяной взгляд.

Маша чуть побледнела, глаза виновато забегали по помещению.

«Мда, не быть ей шпионом — спалилась на первых же секундах», — подумала я с унынием, понимая, что серьёзного разговора с мужем мне не избежать.

— Что происходит? — голос Тимура был под стать его взгляду.

— Ничего, — я всё же попыталась провести его, помахав фотографией, которую держала до сих пор в руке.

Вернув девушке снимок, я пошла к Тимуру. Приблизившись, поцеловала того в губы легким и быстрым поцелуем, и потянула за собой в сторону его кабинета.

Уж если предстоят разборки, то свидетели нам точно не нужны.

— И что это было? — вопрос слетел с его губ, как только он закрыл за собой дверь.

— Диана! — предостережение в его тоне заставило меня скривиться, словно я лимон проглотила.

— Мы же договаривались! — грозно протянул он, приближаясь ко мне вплотную. — Никаких твоих «делишек», пока ты не родишь!

— Да там делов-то было — посмотреть и сказать, насколько серьёзно парень относится к ней. Ну, и стоит ли ей с ним встречаться.

— Посмотрела? — практически прорычал мой муж.

— Одним глазком, клянусь. Чувствую себя отлично — никакого дискомфорта ни у меня, ни у НЕЁ, честно-честно! Ты что же, думаешь, что я ничего не понимаю и буду зря рисковать? — обида в моём голосе заставила Тимура немного успокоиться.

Он очень осторожно положил на мой живот руку и нежно погладил. Тут же получил ответ от дочери, которая толкнулась изнутри, словно приветствуя своего отца.

Между ними была какая-то удивительная связь — стоило только ему прикоснуться к моему животу, она тут же начинала пинаться. При том, будь вместо Тимура кто-то другой — Марина, Мишка или Зоя со своими детьми — ничего, никакой реакции.