Украсть право первой ночи

Действовал он, как учил когда-то наставник: сначала ослабить неприятность, потом убрать совсем. Сначала заставить пятна побледнеть, потом убрать. И радостно было сознавать, что он всё-таки не совсем никчёмный колдун.

– Приспусти халат и открой плечи, дорогая. Не смотри так, лекарей не стесняются, – пошутил.

Мариса все-таки помедлила, когда сбрасывала халат с плеч.

Прикосновения рыжего были приятны, она бы охотно продлила лечение. И он, кажется, тоже – склонился к ней ниже, задышал тяжелее, а сердце забилось так, что даже ей стало слышно.

– Я всё равно женюсь на тебе, – сказал он ей на ухо.

– А если я откажусь, милорд? – она пошутила.

Если серьезно – это было бы счастьем, чтобы её рыжий лорд был с ней всегда. А эта их загадочная парность – да будь она неладна! Если вдруг пропадёт – что будет?

– У тебя уговорю, – сказал рыжий, как будто совсем не испытывая сомнений.

В пальцах колола сила, такого прилива у него давно не было.

– Мы сегодня всё сделаем, не будем откладывать, – сообщил он. – Ты здорово мне помогаешь.

Скоро Ивин закончил, пятен её коже Марисы не осталось, и даже лекарский амулет не разрядился, а наоборот. Вот брови не получалось вернуть, как бы он ни старался.

– Придется подождать, пока сами вырастут, – огорчённо сообщил он. – Женщины иногда ещё их рисуют, да?

– Ничего, пусть, – отмахнулась она. – А что произошло, расскажи! Кто мне так удружил и зачем? Что за злодей?

– Если бы злодей! – он покачал головой. – Одна дурочка, которая тебе позавидовала. А мыло стащили у её светлости матушки.

– Горничная? А что с ней случилось? И чему она позавидовала? – не сразу поняла Мариса.

– Ничего особого. Ногу сломала на лестнице. А чему она завидовала… Да тому, что она тебе служит, а не наоборот. Хотя она тоже сирота и недавно из деревни.

– Понятно, – вздохнула Мариса. – И что с ней теперь?

Ивин объяснил в двух словах, что теперь с Ирмой, с экономкой и прочими.

– Принимай услуги, как должно, и не стесняйся их требовать, – закончил он. – Это работа слуг. Чтобы никто больше не смел наглеть. Чтобы я не видел, как ты берешься за какую-то работу сама! Видишь, вон шнурок звонка у двери? Пользуйся им, если нужно! Это приказ, поняла?

– Поняла, – она ласково улыбнулась. – Не сердись, братец Ивин. Ей просто обидно. Мне тоже иногда бывало обидно.

– Ты тоже пыталась кого-то калечить? Неужели? – Ивин не сдержал сарказма.