Украсть право первой ночи

Время, когда колдунов много, сменяется таким, когда их совсем мало. Сейчас такое, когда мало, да?

Ивин уже не удивлялся, что тот священник болтал без умолку с деревенской девчонкой о лишних для неё вещах.

– Говоришь, приёмная мать заплатила священнику, чтобы он тебя учил? Это она привезла тебя сюда?

– Я приехала сюда со своей мамой. И ничего про себя не помню, – погрустнела Мариса. – Не помню, как я была маленькой. Не помню того, что было до пожара у лесника. Но мне говорили, что здесь, в Финервауте, моя мама умерла.

– Понятно, – Ивин погладил её по руке.

Рассказ Марисы совпадал с тем, что поведала Ивину кухарка.

– А приёмная… Матушка Сола. Она служила в замке, – продолжала девушка. – Пожалела меня. Она считала, что мне полезно будет знать грамоту, – она грустно усмехнулась. – Хотя вот Реддит рад, что я училась и знаю грамоту. Он сам не любит все эти дела – писать, считать, хотя должен, раз держит лавку.

Ивин подумал, что это немного странно: здравомыслящая женщина, которая служила в замке, решила потратить деньги на учёбу для приемной дочери, а не на что-то практичное.

– Для чего этот ключ? – Ивин тронул пальцем цепочку на шее на шее Марисы, на которой висел ключик.

– Матушка Сола говорила, что он от сундучка с моим приданым, – Мариса еле заметно улыбнулась. – Но нет никакого сундучка. Может, он сгорел вместе с домом лесника? Я ношу ключик просто на память, милорд.

Ивин уже корил себя, что заговорил с девушкой о таких невесёлых вещах – она теперь сидела грустная, нахохлившаяся. И вдруг спросила:

– Я так понимаю, что всё сделано, милорд?

– Что сделано?.. – он не сразу понял.

– Вот это. Ваше право, мой долг… Вы можете отвезти меня домой хоть сегодня, да?

– А зачем? – он невольно напрягся, – ты скучаешь по мужу? Хочешь уехать?

– Не скучаю, – она вздохнула и улыбнулась. – Я бы лучше пожила тут с вами подольше. Это правда. Но ведь невозможно?.

– У нас есть время до утра, – сказал Ивин. – И не волнуйся о подарке. Вот он, возьми прямо сейчас, – и положил перед Марисой кошелёк. – Твои родные будут довольны.

Она молча взяла, развязала, и её глаза округлились от удивления – даже без пересчёта было понятно, что монет много.

– Милорд?! Зачем же…

– Мне приятно подарить тебе это.

Ему хотелось опять расшевелить её, чтобы не огорчалась, а радовалась, и опять отозвалась на его поцелуи и ласку.