Украсть право первой ночи

Да он теперь не заснёт, зная про эту невесть куда ведущую дверь по своей кроватью!

– Что случилось, милорд? – Мариса уже беспокоилась.

– Я прогуляюсь ещё немного! – он широко ей улыбнулся. – Представь, может быть, есть способ прямо отсюда добраться в замок! Подземный ход, вдруг целый, понимаешь?

– Зачем?! – она побледнела. – Милорд, зачем вам туда?!

– Знаешь, а может и пригодиться. Ну-ну, не хмурься, моя леди! – он погладил её по щеке.

По здоровой гладкой щеке. И поцеловал в нос.

– Жди меня! Я лишь взгляну, куда ведет коридор.

– В замок?! Я боюсь, а если вас увидят и поймают? – прошептала она. – Можно с вами?..

– Ничего себе, – он удивился. – Ты как-то неправильно боишься. Со мной нельзя, дожидайся тут. Я не задержусь, обещаю. Но придется медленно, если что, не пугайся попусту.

– Меня зовут Ивин, – сказал он неожиданно для себя. – Просто Ивин. Можешь меня так называть. Мне будет приятно.

Он не просто Ивин, а лорд Ивин, но ведь не суть?..

– Вот не стоит, – она даже усмехнулась.

– А что мало ли? – ему стало интересно. – Что?..

– Влюбиться в вас захочется. И точно! – она покраснела и отвернулась, – глупость получится. Вам ведь высокородная леди нужна?

– А при чем тут любовь и что леди нужна? Совсем ты глупая, Мариса! – ему отчего-то стало обидно. – Брак другое дело, это долг. А любовь – это радость. Это удовольствие.

– Прощаю, – буркнул он и занялся лампой.

Когда спускался, на нижнем ярусе зацепился ногой за деревянный ящик и нагнулся посмотреть – в ящике были свечи, литые, толстые, из хорошего воска и с пеньковым фитилём, такие горят долго и не гаснул.

Путь по переходу оказался, может, и долгим, но не трудным – иди себе вниз, потом вверх. А когда дикий камень на стенах сменился каменной кладкой, Ивин понял, что уже находится в подвале замка Финерваут.

Ивин помнил, где на плане находились вот эти двойные точки. Там, видимо, и есть секретные двери внутрь замка. А пока – просто идти, не ослабляя внимания, чтобы не пропустить выход.

Узкий лестничный пролёт высотой в этаж – после него коридор сузился. И вдруг до слуха Ивина донёсся удар, звон, громкий возглас, потом голоса – как будто совсем рядом.