Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Пеленгация экстрасенса при этом намного облегчалась.

– Откуда это известно?

– Разведчик успел передать кое–какие сведения буквально за пару минут до захвата.

– Зову его Ылтыын. – Георгий Евсеевич улыбнулся. – За что его прозвали Алтын, иногда добавляя «мал алан». Он эскимос, сын шамана, окончил юридический, имеет награды.

– Сорок. Хотя это не имеет значения. Главное, что его ценность очень велика.

– Если им удастся его разговорить.

– Нет, если им удастся его перевербовать.

– Сейчас ничего невозможного нет, особенно после привлечения к нашим делам нанотехнологий.

– Мы должны подготовить свою формацию?

– Боюсь, у нас нет альтернативы. Там, – генерал поднял палец вверх, – требуют решить проблему всеми имеющимися средствами.

– Но ведь внешняя разведка сама может вытащить своего разведчика.

Афанасий покачал головой, заметил недобрый блеск в глазах генерала, подтянулся.

– Прошу прощения. К сожалению, у нас всего три сенса на хлебах, Кронин на юге, в Нальчике, Веселов тоже.

– Будем работать с теми, кто есть.

Афанасий вспомнил о знакомстве с Романом Волковым.

– Я случайно наткнулся на одного человека… хотя, может быть, и не случайно.

– Он физик–оптик, специалист по волновым процессам, работает в НИИ «Атом», и при этом он – сенс. Причём высокого класса.

– Странно. Если он сенс высокого класса, мы должны его знать.

– Почему ты думаешь, что он экстра?

– Случилась одна поразительная вещь. Мой приятель – волейболист Тимошенко… – И Афанасий рассказал начальнику историю знакомства с Романом.

– Любопытно, – качнул тот лобастой головой, недоверчиво глядя на собеседника. – Если это правда.

– Тем более непонятно, почему мы о нём ничего не знаем.

– Это значит, что он нигде «не светится» и не придаёт своим способностям особого значения.

– Надо попробовать его пригласить к нам.

Георгий Евсеевич откинулся на спинку кресла.

– Быстро соображаешь. Он согласился?

– Обещал подумать, – уклончиво ответил Афанасий. – На меня он произвёл впечатление человека самодостаточного, а наша контора не в чести у интеллигентной части населения.

– Времена изменились.

– Не все это понимают.

– Я умный, – серьёзно сказал Афанасий.

Георгий Евсеевич хмыкнул.

– Это замаскированная лесть мне. Раз ты умный, то и я не дурак. Попробуй убедить этого сенса работать с нами, обрисуй перспективы.