Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Роман «ощетинился», усиливая мощность раппорта, заметил ещё трёх девиц, слева от лестницы, начавших слаженное движение профессиональных бойцов спецназа. Их тоже пришлось усмирять отключением зрения. Но сверху, со второго этажа, свесились через балюстраду ещё две девицы с пистолетами, и Роман вынужден был перейти в состояние «немысли», позволяющее реагировать на возникающие угрозы намного быстрей.

Раздались испуганные вскрики: под «залп» «засоса» попали многие члены делегации, не имеющие отношения к «женскому спецназу»; сами спецназовки не издали ни одного звука, что говорило об их подготовленности к «сглазу».

Прозвучал выстрел: одна из них, прижав ладонь к глазам, выстрелила в направлении лестницы.

Вскрикнула Юна: пуля оцарапала ей плечо.

Ылтыын отреагировал на это выстрелом из ППМ, попал стрелявшей в руку. Рявкнул:

Несколько женщин, понимавших русский язык, с визгом попадали на пол. Остальные заметались по холлу, мешая девицам с пистолетами целиться.

Саплев вытащил мобильный, заорал что–то в микрофон.

Роман ударил его наотмашь, так что директор выронил айком, схватился за голову, бледнея.

— Зови наших! — крикнул Ылтыын, подхватывая пошатнувшуюся Юну.

Но Роман уже и сам понял, что без помощи не обойтись, вспомнил о Вьюгине, позвал его мысленно:

«Слышу, висв! — неожиданно быстро отозвался Афанасий. — Мы тут рядом!»

И Роман почувствовал живительное прикосновение дружеской руки, снявшее усталость, растерянность и отчаяние.

Правда, длилось это ощущение всемогущества недолго.

Саплев, очевидно, успел–таки связаться со своим боссом, то ли с российским Поводырём, то ли с Гловитцем, и те включили «прожектор» европейской экстраформации, сражаться с которым было необычайно тяжело. Теперь Роману приходилось отбиваться и от ментальных выпадов чужого эгрегора, и от попыток освободиться от присланного тренированного спецназа, и держать общую ситуацию, начавшую выходить из–под контроля, и защищать раненую Юну, готовую потерять сознание.

Ылтыын выстрелил дважды, заметив нацеленные на них стволы пистолетов.

Одна пуля попала в Юну, вторая эскимосу в ногу, третья перебила ему ключицу.

— Прыгай! — прохрипел он, зажимая рану на груди.