Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Хотя с другой стороны, не слишком ли всё просто? «Мы вам бабу, вы нам свою жизнь». Неужели он всерьёз надеется таким образом завербовать сильного российского экстрасенса? Находясь на территории, заведомо не поддающейся просчёту? Надеется на свою исключительность? Или это всего–навсего тест на профпригодность?

Роман сварил кофе, добавил сливок, сделал глоток, машинально посмотрел на часы.

В его распоряжении осталось чуть меньше двадцати двух часов. Сволочь!

Вставшую в душе после этого волну гнева удалось погасить не сразу.

«Позвони Афанасию», – посоветовал внутренний голос.

Роман сел, потом прилёг на диван, размышляя над советом. Потом отогнал мысль. Привлекать спецслужбу для освобождения Даниэлы после угроз Арчибальда было нельзя. Феллер не шутил и мог выкинуть любое коленце, тем более что за ним стояли неведомые «шефы». Что они собирались сделать с пленницей в случае отказа Волкова, представить было несложно.

Он незаметно задремал.

Пришёл очень необычный сон.

В темноте засияли далёкие звёздочки, складываясь в красивые узоры. Стали увеличиваться, приближаться. Распахнулась потрясающая панорама космоса, будто Роман летел в космическом корабле и обозревал пространство через прозрачные стены рубки.

Одна из звёзд выросла в гигантский шар, окутанный протуберанцами, ушла влево, появилась планета, сначала сизо–серая, закрытая облаками, потом сине–зелёная, похожая на Землю.

Из–за спины Романа вынеслись огненные стрелы, посыпались на планету, пробивая её атмосферу, оставляя длинные белые хвосты, и… сон кончился.

Роман подскочил на диване, открыл глаза, не сразу соображая, где он находится. Снова лёг. В душе возникла странная тревога, вдобавок к той, что уже владела душой из–за пропажи Даниэлы. Эту тревогу несли метеориты (или кометы?), атаковавшие Землю во сне. По какой причине ему приснился именно этот сон, было неизвестно.

Роман встряхнулся, побежал умываться, отметил время: он спал всего сорок минут.

Роман взялся за телефон, собираясь звонить Вьюгину, с трудом уговорил себя не делать этого. Душа рвалась на части, а он по–прежнему не знал, что делать.

Не суетись! – сказал внутренний голос. Вспомни, о чём подумал господин блэкзор, когда ты спросил, где Даниэла.