Она едет домой! Домой, к Полу, домой, чтобы показать всем, как сильно она изменилась! Она в самом деле скоро будет дома!
Но возвращение означало разлуку с любимыми дядей и тетей."
"Уитни отвернулась от зеркала и заметила, как трясутся плечи тети от беззвучных рыданий.
– Я чувствую себя так, словно меня разрывают на части, – задыхаясь, пробормотала Энн.
– Я люблю тебя, тетя Энн, – шепнула Уитни, не вытирая жгучих слез, струившихся по ее щекам. – Я так тебя люблю!
Энн распахнула объятия, и Уитни подбежала ней, стремясь утешить ее и утешиться самой.
Остановившись у дверей спальни племянницы, Эдвард расправил плечи и постарался превратить горестное лицо в застывшую маску с деланной улыбочкой. Заложив руки за спину, он ступил через порог.
– Вижу, неплохо проводите время, леди? – вопросил он с нарочитой веселостью, глядя на плачущих женщин.
Грустные, полные слез глаза воззрились на него с недоверчивым изумлением.
– Неплохо проводим… – охнула Энн и переглянулась с Уитни.
Неожиданно обе хихикнули, потом еще и еще раз, и скоро в комнате раздались раскаты счастливого, заразительного смеха.
– Э… то есть… ну… хорошо. Рад слышать, – промямлил Эдвард, сбитый с толку столь странным поведением своих «дам», и, откашлявшись, тихо сказал: – Нам будет не хватать тебя, детка. Ты была радостью и истинным благословением Божьим для нас обоих.
Оживление Уитни мгновенно улетучилось, слезы вновь навернулись на глаза.
– О дядя Эдвард, – запинаясь, кивнула она, – я никогда-никогда не полюблю другого мужчину больше, чем тебя.
К собственному конфузу, Эдвард почувствовал, как повлажнели ресницы. Он раскинул руки, и племянница бросилась ему на шею. Когда буря чувств немного улеглась, все трое смущенно смотрели друг на друга, сжимая носовые платки. Первым заговорил Эдвард:
– Ну, успокойтесь! Англия все-таки не на краю света.
– Но и не по соседству, – возразила Уитни, вытирая глаза.
– У тебя там друзья, – напомнил Эдвард. – И, конечно, тот молодой человек, кем ты так восхищалась. Блондин, у которого не хватило мозгов, чтобы распознать драгоценность под собственным носом! Как его звали?
– Пол, – шмыгнула носом Уитни.
– Этот человек, видно, глупец! Он должен был просто украсть тебя еще тогда! – Эдвард помолчал и, приглядевшись к ней, заключил: – Надеюсь, теперь он поумнеет.
– И я тоже! – пылко подхватила Уитни.
