У меня от страха и волнения тряслись руки, но я собрала все свои силы, сосредоточилась и стала читать заклинание, боялась, что не получится, но всё получилось! Как только я закончила, символы засветились, и явился первородный. От страха чуть не умерла, я ведь даже не знала, как на самом деле выглядит первородный в боевой ипостаси, но то, что я увидела, меня привело в ужас. Я думала, он будет худой, бледный с чёрными глазами, а он оказался просто махиной: когти, крылья, это страшно, конечно, но по сравнению со взглядом – ничто.
Его глаза светились ярко-голубым цветом, даже зрачков не видно было, а когда он посмотрел на меня, то я ощутила, как будто мне заглянули в душу. Если я скажу, что он был зол, то обману, он был просто в ярости, что его вызвали. Понимаете, это заклинание запретное было, но я же не знала, в фолианте не было этого написано, как и того, что он за это что-то потребует взамен. Так вот, когда он так посмотрел на меня, я поняла что мне не жить. Но мне было всё равно, что будет со мной, я переборола свой страх, упала перед ним на колени и, заливаясь слезам, стала умолять спасти родителей и наших спутников.
Он мочал, я схватила за его огромную руку, боялась, что он сейчас возьмёт и исчезнет. От моего прикосновения первородный дёрнулся, как будто я его током ударила, а потом меня схватил одной рукой за шею и приподнял, ну, думаю, всё, сейчас мне шею свернёт или задушит. Как оказалось, по этому поводу зря волновалась, он меня резко отпустил с таким видом, как будто я грязь.
– Магичка?! Этого мне ещё не хватало, – с отвращением сказал он, а потом наклонился, сверля меня своим леденящим душу взглядом, зло прорычал. – Лучше бы тебя убили, и я не знал бы о твоём существовании, – это было произнесено с такой лютой ненавистью, что я ужаснулась. А потом вспомнила о причине, зачем его вызвала, взяла себя в руки и стала его умолять
– Спасите моих родителей, а потом делайте, что хотите со мной, умоляю, я даже не буду сопротивляться! – не выдержала и разрыдалась. Звуки боя меня просто сводили сума, я готова была пойти на всё ради спасения родителей.
Он посмотрел на меня, как на какой-то отброс.
– Конечно, сделаешь, у тебя просто не будет выбора, – а потом тише, – впрочем, как и у меня. Сиди здесь и не смей никуда уходить.
После этого он просто растворился во тьме. А дальше стало твориться просто невообразимое: рычание и предсмертные крики вампиров раздавались, казалось, повсюду, такое ощущение было, что первородный был везде.
