Укрощение зверя

 – Заявляют, что университет не имеет аккредитации на эту злополучную специальность, что я превысила должностные полномочия и нанесла ущерб городу аж в размере полумиллиона долларов! Представляете?

– Нет, – качнул головой Антон.

– Есть у нас и аккредитация, и полномочий своих я не превышала. Да только никто нас не слушает. Вот и приходится добиваться приема у министра.

– Ничего, все у вас получится, – заверил ректора Антон, а сам мимолетно подумал, что в иные времена он наверняка бы проникся сочувствием к женщине и предложил свою помощь в деле борьбы за справедливость.

Мысль мелькнула и исчезла, не оставив следа.

Антон еще посидел немного в купе, потом лег спать. Даже предчувствие перемен в своем положении и ожидание встречи с женой и детьми (надо их непременно навестить!) не всколыхнули, как прежде, его эмоциональную сферу. Каждый раз, как он начинал думать о тех или иных самостоятельных шагах, которые можно будет предпринять, перед глазами возникал призрак монаха Марциана, качающего пальцем с черным ногтем, и все благие намерения испарялись как дым.

Поезд прибыл на Ярославский вокзал Москвы в семь утра.

К Антону, озиравшемуся у вагона, подошли два накачанных (просто горы мышц!) парня в спортивной форме, длинноволосый и коротко стриженный.

– Громов? – неожиданно тонким голосом осведомился длинноволосый.

– Он, – лаконично ответил Антон.

– Чапай за нами на полусогнутых.

Антон оглянулся на выходивших из вагона маму с дочкой, помахал им рукой.

– До свидания.

– Спасибо, – улыбнулась Татьяна. – Пусть и у вас все будет хорошо.

– Чего застрял? – повелительно бросил обернувшийся амбал-стриженый, угрюмый и чем-то недовольный. – Ходчей костыли переставляй.

Антон смерил его взглядом.

– Мышцами-то не играй, мисюра, кафтан треснет.

– Чо ты вякнул?! – удивился амбал. – Давно не космыряли?

– А ты попробуй, – «нехорошим» тоном предложил Антон.

Встречающие переглянулись.

Длинноволосый, с жидким голоском, шагнул к Громову, схватил за плечо, но почему-то промахнулся.

– Шагай вперед, лоб дешевый, – продолжил Антон с иронией, – и не кати масть, едалы береги. Понял?

– А?! – снова удивился длинноволосый, глянув на своего напарника. – Миха, этот карась залетный понты бутит! На «понял» нас взять хочет! Да я тебя!..