Укрощение зверя

Продолжать вечер в незнакомой компании ему уже расхотелось. Он нашел глазами Валерия, что-то оживленно втолковывающего парням компании, поманил его рукой, чтобы сообщить, что уходит, но в это время к столу подошли двое мужчин: один постарше, в белом костюме и черной атласной рубашке, бритоголовый, но с «артистической» щетиной на щеках, второй – его полная противоположность – в черном костюме и белой рубашке, лохматый, бритый до синевы.

– Лева, – шепнула Сима.

– Это ты, что ли, наших девчонок обижаешь? – обратился к Максиму бритоголовый «нехорошим» тоном.

– Вы мне? – удивился Максим.

– Тебе, тебе, – мрачно проговорил второй – лохматый.

Компания Валерия притихла. Валерий оглянулся, не понимая, что происходит.

– Пошли, поговорим, – продолжил бритоголовый.

Максим беспомощно посмотрел на соседей, не зная, что делать.

– О чем?

– О музыке, – ухмыльнулся лохматый.

Валерий вскочил, обогнул стол.

– Лев Хачатурович? Здрасьте. Что у вас за проблемы?

– Это у него сейчас будут проблемы, – кивнул лохматый на растерянного Бусова.

– Что случилось? – повернулся Валерий к Максиму.

– Я не знаю… – пожал плечами растерянный Максим.

– Он не налил водяры одной знакомой девушке, – хихикнула Сима.

– А ты замри, паскуда! – наставил на нее палец лохматый. – Тебя не спрашивают!

– Извините, Лев Хачатурович, – сказал Валерий торопливо, – он не местный, не знает тут никого, я ему все объясню…"

"– Заткнись! – бросил бритоголовый, посмотрел на Максима.

Максим, никогда прежде не попадавший в такие ситуации, хотел мирно пообещать шоумену Особняку никогда никого не обижать, но вдруг встретил торжествующе-ехидный взгляд той самой блондинки, которая требовала «мускафеид», и возмутился:

– Никого я не обижал! И никуда не пойду! Вы не имеете права…

– Что ты мигнул?! – удивился Особняк. – Повтори!

– Да ты знаешь, с кем базлаешь?! – цапнул Максима за плечо лохматый.

Максим попытался освободиться, не смог, посмотрел на смущенного таким оборотом дела Валерия, и в это время сзади послышался негромкий уверенный голос:

– Прошу прощения, господа хорошие, могу я чем-нибудь помочь?

Максим оглянулся. К ним подходил Георгий, внимательный, собранный и спокойный.

– Тебя только не хватало, – буркнул лохматый.