Укрощение дракона

Тест прошли. В общем, живите счастливо и любите друг друга дальше. Но вообще от вас все зависит. От самих.

Око начало удаляться.

И я спохватилась, подняв руку, как в школе:

— Уважаемое Око, один вопрос?

Оно вернулось и снова хмыкнуло:

— Как маркатаррскому колдуну?

— Нет, без подвоха, — сказала я, осмелев. — Точнее, вопроса два. Первый: можно сюда папу моего? Или нам с Иррандо съездить, хотя бы повидаться? А то он там с ума сходит, и я соскучилась.

— Аня, — покачалось Око, — ай-ай-ай, ты разве еще не поняла, что с желаниями надо быть осторожней?

— Когда они исполняются, ты чаще всего не довольна.

Я открыла рот и закрыла, вспомнив, что так и было.

— У папы свои желания, между прочим, — сказало Око и добавило тоном радиоведущего: — А желания исполняются в полном объеме. А и Б. Так, еще заявки будут?

— Н-нет, — как-то испарилась у меня вся решимость. — Н-наверное. Но тогда скажите: что мне будет за желание летать, которое я случайно загадала в озере Лиоррской Айны? Что у меня заберут?

— Не знаю, — ответило Око.

— Как это? Вы же Всевидящее.

— Как у вас модно нынче говорить, это происходит рандомно, как попадет, но равновесно. Нельзя отдать ложку за «фольксваген».

— Я понимаю, а отказаться от возможности летать можно? Пожалуйста?

— Нет, что запущено, то запущено. Остановить нельзя. Иначе произойдет системный сбой в программе причинно-следственной связи, кармы то бишь.

У меня перехватило дыхание.

— Но скажите, это будет, значит, что-то плохое с Иррандо, с нашими детьми, с моим папой?

Око сразу не ответило, я похолодела, Иррандо снова взял меня за руку, прижал ее к своей груди.

— Разве умение летать равноценно жизни твоих близких?

Я лишь мотнула головой.

— Ничего не бывает случайного, набьете шишек, только мудрее станете. Это полезно.

— Но, Великое Око, — заговорил Иррандо, — Аня не знала об условиях.

— Незнание законов не освобождает от ответственности, — сказало Око, — вон она знает. В общем, живите и радуйтесь, а по мере поступления задач будете их решать. В любом случае, что ни случится, будет вам во благо. На этом все. Благословляю.

И Око исчезло, оставив нас с Иррандо в недоумении и напряжении. Иррандо поднял мою вуаль и посмотрел мне в глаза. А я в его.

— Ты сердишься на меня? — прошептала я. — Обиделся?

— Нет.