Укрощение невесты

Жилище д'Омсбери представляло собой большую, весьма впечатляющую крепость, возвышающуюся над окружающей местностью. Крепость д'Омсбери была намного больше замка Стюартов. Впрочем, это Мерри не беспокоило. Удивляло только одно: как ее отцу удалось устроить столь выгодный брак. Он всегда говорил, что это было сделано благодаря дружбе со старым лордом д'Омсбери. Вроде бы они встретились еще молодыми при дворе и подружились. Сын д'Омсбери, Александр, родился на пять лет раньше Мерри, и в день рождения Мерри мужчины скрепили узы дружбы брачным контрактом.

Мерри подозревала, что дружеские отношения после этого продлились недолго. По крайней мере, она не помнила, чтобы семьи обменивались визитами. Очевидно, дело было в пьянстве ее отца. Мама говорила, что отец и в молодости любил выпить, но пока был жив его отец, он не был беспробудным пьяницей. Когда умер дед, Мерри было два года. Видимо, горе в сочетании с новой ответственностью — как-никак он стал лэрдом — заставило его переступить черту.

— Мы приехали, Мерри. — Отец обернулся и весело улыбнулся. Физиономии братьев тоже расцвели улыбками, когда он добавил: — Сейчас ты встретишься со своим нареченным и скоро станешь замужней дамой с целым выводком малышни, за которой нужен глаз да глаз. «Как и за тремя великовозрастными оболтусами», — подумала Мерри, но не стала произносить эти слова вслух. Ей уже все равно. Очень скоро она избавится от этого тяжкого бремени.

Лелея в душе эту надежду, Мерри направила свою кобылу вверх по склону холма. Было уже не так рано, поэтому подъемный мост был опущен и ворота открыты. Но стража все равно их остановила, и Мерри предоставила возможность отцу объяснять, кто они и какова цель их визита. Потом они въехали во внутренний двор замка и остановились у ступенек, ведущих внутрь.

Спешившись, Мерри услышала, как открылась входная дверь, и увидела сбежавшего по ступенькам солдата — явно бывалого, закаленного в боях. Это был не ее суженый. Александр был старше ее всего лишь на пять лет, а этот был старше лет на пятнадцать — двадцать. Недоумевая, Мерри подошла к отцу и встала рядом. Солдат подошел прямо к ним.