Укрощение строптивой (СИ)

— Чего так смотришь?

— А я знаю? Я вам что педагог? Кстати, ляльку бы показала она хоть один раз.

— У тебя фото есть. Этого достаточно.

— Мы обе так решили.

— Вернее ты так решила?

— Нет обе. Ирма сказала, что не хочет раздрая у нас.

— Я не знаю Стёпа. Всё же Полина твой ребёнок, но от другой женщины. Пусть она и моя единственная подруга и я сама способствовала этому.

— Не то, что ревную, тут другое.

Кристина посмотрела мне в глаза.

— Я же сказала, ребёночка хочется, такого же маленького. Я ведь мальчишек, когда они совсем крохи были, на руки не брала, не качала их, запах их не вдыхала, ручки, животики, попки их не целовала.

— Кто виноват в этом было?

— Да знаю я, что только сама виновата и никто больше. Зачем лишний раз мне на больное давишь. — Глаза у жены были мокрыми.

— Извини. — Обнял её. — Но сама понимаешь. Ничего сделать уже нельзя. Тебе категорически запрещено рожать.

— Я знаю. Стёп, а может в клинику какую съездить, ещё полечиться? Может и смогу ещё раз?

— В какую ты клинику поедешь? Нет такой клиники.

Успокойся. Ты и так чудом выжила. И ещё большее чудо, что вновь на ноги встала. Не проси большего. Ибо кто много хочет — мало получит, вернее по соплям получит.

Больше к подобному разговору мы не возвращались.

В тот день я работал в своей мастерской. Провозился до вечера. У нас организовывались гонки. Причём официально. Власти даже трассу за городом выделили. Приз два миллиона рублей. Любители быстрой езды резко засуетились. Поэтому работы у нас прибавилось. Форсировали движки, усиливали подвески.

Одним словом, работали по стахановски. Пацаны были довольны. Днём мне на мобильный пришла СМС от Кристины: «Буду в десять вечера. Приготовься, обещаю тебе сюрприз! Надеюсь, не пожалеешь». Я усмехнулся про себя. Знаю я её сюрпризы. Наверное, опять какое-нибудь сексапильное бельишко прикупила. Будет соблазнять и под конец попросит, чтобы я его разорвал на ней. Не, я конечно всегда согласен! Мы иногда играем с ней в игры определенного направления. Конечно без извращений, а так для усиления эффекта. Мы с ней всё же не старики ещё.

Домой приехал около девяти. Дети в этот день были у тестя. На двери одной из комнат висела табличка: «Никому не входить. Особенно это касается некоего Серёгина! Стёпа, пожалуйста, дождись меня». Я пожал плечами, дернул за ручку двери. Облом. Комната была закрыта на замок. Ну ладно, ломать не будем, дождёмся благоверную.

Принял душ. Ждал Кристину, чтобы с ней поужинать. Однако в десять она не появилась.