Укрощение строптивой (СИ)

Пожелали детям и мне спокойной ночи. Сначала лежал прислушивался. Дети быстро уснули. Из комнаты Кристины с Ирмой никаких подозрительных звуков не доносилось. В итоге сам уснул.

Утром встал самый первый. Сходил в ванную умылся. Потом заглянул к дамам. Обе спали. Так, как в коттедже было очень тепло, одеяло они во сне почти скинули. Кристина лежала на животе. Короткая ночнушка чуть задралась, обнажая голый зад. Всё ясно, спали без нижнего белья. Ирма лежала, наоборот, на спине, согнув одну ногу в колене. Ночнушка тоже из-за этого задралась.

И у этой трусов не было. Покачал головой. Взял одеяло и прикрыл их. Сварганил кофе с бутербродами. Сидел пил, смотрел разную лабуду в телефоне. Первой встала Ирма. Прошла на кухню, потирая кулачками глаза.

— Доброе утро, Стёпа.

— Стёп, у тебя кофе?

— Дай глотнуть, а то пить охота. — дал. Стояла рядом пила, держа кружку в обеих ладонях. Я приподнял край ночнушки.

— Ирма, а трусы не вариант надеть?

— А зачем мне ночью трусы? Месячные ещё не скоро.

А в остальном, кого мне стесняться?

— Тебя? Стёп, перестань. Ты отец моего ребёнка. Ты меня голой видел, я тебя. Какой тут может быть стыд?

— Мля, девочки, свами спорить, себя не уважать. Всё по барабану.

— Стёп, ну ты чего. Я к тебе не пристаю и не соблазняю. Тем более ты сам инициативы не проявляешь. Знаешь, даже обидно. Я такая страшная?

— Не страшная. Красивая, сексуальная женщина. Но Ирма, сколько с вами обеими можно говорить. Крис моя жена.

— Ну и что? Крис против не будет, если даже ты задерёшь на мне подол и трахнешь, как последнюю шалаву.

Поверь. Если бы она была против, я бы никогда не стала вот так расхаживать.

— Ирма, вот не поверю, что ты себе мужика найти не можешь.

— Не могу. Всяких козлов вагон и маленькая тележка. А такой, чтоб душа к нему лежала. Не могу.

— А ко мне, значит, лежит?

— К тебе лежит. Я этого никогда не скрывала. Но границ не перехожу.

— Ну конечно. А та ночь?

— А что та ночь? Те, о которых я говорю, границах, я не переходила.

Всё было с согласия твоей жены и при её непосредственном участии. Или ты забыл как обеих нас ремнём порол, потом драл, как последних бл. ей. Ещё и обозвал нас так же.

— Нечего было поить меня всякой дрянью.

— Больше не будем. Мы же обещали тебе. Знаешь, Стёп, что мне в тебе нравится?

— Это тоже. Но не главное. Членоносов достаточно. Вот смотри, в тебе же, как и в любом другом мужике сидит твоя кобелиная натура. Не спорь, сидит.

— Так вот.