Укрощение строптивой (СИ)

Клятвопреступление является самым тягчайшим грехом. Ведь не даром клятвопреступники находятся на самом дне ада, в седьмом круге. Подумай.

— Я готова… Я готова. Только не оставляй меня больше.

— Конечно! Тогда повторяй за мной.

Мы произносили с ней слова этой клятвы, глядя в глаза друг другу…

Я наклонился к ней. Очень близко к её лицу…

Наши голоса звучали в унисон, я даже слышал стук её и своего сердца, бившихся тоже в унисон, словно одно целое…

Приносили мы клятву не для кого-то, а только друг другу. И никого больше это не касалось…

С последним словом мне почудилось, как реальность дрогнула.

Словно что-то изменилось. Наверное, всё же показалось. Мы оба замолчали. Наступила тишина. Я чувствовал её дыхание, видел её глаза. Потом склонился ещё ниже и коснулся её губ своими. Они были сухие и горячие. Она ответила, обняла меня за шею. Это был очень долгий поцелуй. Наш первый поцелуй любви. Когда наши губы разъединились, спросил её:

— Тебе ничего не показалось странным?

— Когда мы произнесли последнее слово?

— Показалось.

Словно что-то произошло, изменилось. Только я пока не пойму, что?

— Это не важно. Кристин, давай договоримся. Если вдруг в будущем тебе понравиться какой-либо мужчина… Погоди, дай скажу. Так вот если тебе понравиться какой-либо мужчина и ты поймёшь, что хочешь быть с ним, скажи мне об этом. Скажи до того, как станешь с ним близка. Этим самым ты дашь мне возможность отпустить тебя. Дашь мне возможность не быть униженным и обманутым. И не имеет значения, как больно и тяжело мне будет, но насильно мил не будешь.

Мы останемся друг с другом честны. Я отпущу тебя и освобожу от клятвы. Ты станешь свободной. Даже если мы не успеем развестись к этому моменту. И я тоже обещаю тебе тоже самое.

— Хорошо. Я согласна. Ты не бросишь меня? Не предашь?

— Нет. Я доведу до конца то, что начал при любом раскладе.

— Я очень разозлилась. А потом… Потом испугалась, что ты не придёшь больше. Я больше не хотела жить.

— А вот это зря. Жить надо. Знаешь, я ведь не один приехал.

— А с кем? — Она смотрела вопросительно на меня, не разнимая своих объятий.

— К тебе приехала твоя самая козырная подружка.

— Как кто? А с кем ты тусила по черному в юности?

Глаза Кристины расширились. Она замотала головой.

— Ирма? Нет. Только не это!

— Чего испугалась то? Ты думаешь, что она мне про тебя что-то новое расскажет? И, кстати, она похоже искренне к тебе приехала, а не посмеяться.

— Стёп. Ты не понимаешь. Мы с Ирмой были самые отмороженные, натуральные сучки.