Онлайн-библиотека книг
Сегодня каждое слово действует на меня зловеще.
«Покайся…»
Я непрерывно думаю о прошлой ночи, о «Затмении», о том сообщении, которое мне прислали с незнакомого номера, кручу и верчу его, разбираю на ниточки и гадаю, кто из моих горячо любимых знакомых додумался так надо мной подшутить.
Это мог быть любой.
Почти все в курсе, что это гребаное слово убийца отправляет жертвам перед смертью, и я уверена: кто-то решил со мной поиграть.
А если…
Холод пробегает по позвоночнику.
Нет, надо мной просто издеваются.
Ветер порывом ныряет в окно, подхватывает листы тетради, вызывает мурашки.
Я вспоминаю прошлую ночь. Когда меня едва не хватил инфаркт, Виктор ответил на телефон. Он приехал и забрал меня. Я еле отговорила его не идти в резиденцию. Он хотел туда пробраться, чтобы увидеть членов «Затмения», однако я разрыдалась, и Шестирко передумал. Чувствую себя жалкой и никчемной, но я рада, что остановила Виктора. Пусть и слезами. Плевать.
– Все в порядке? – спрашивает Дремотный, тыча пальцем в мой локоть.
Он сидит между мной и Венерой, но смотрит, как и я, в окно, подложив под голову кожаную куртку. Шипы колют его щеку. Черные магические глаза парня блестят в лучах солнца. Он похож на шамана: с его золотыми кольцами на мизинцах, кучей сережек в ушах, кулонами из Тибета и длинными каштановыми волосами, которые собраны в небрежный хвост.
– А у тебя? Ты какой-то грустный.
– Эта женщина запретила мне поворачивать голову. Я типа наказан. И она со мной не разговаривает.
– За что?
Венера достает из сумки пилку и усиленно полирует ногти.
– Мне нужно подумать над нашими отношениями, – задирает она нос. – Мы чересчур разные. Там, где я вижу красивый закат, он видит трахающихся бомжей.
– Да как их можно было не заметить? – возмущается Дремотный, широко разводя руками.
– У нас было свидание! Мог бы сделать вид, что не заметил!
Венера кидает в него тетрадку.
– Я хотя бы на бомжей смотрел, а не на чужую задницу. Ты смотришь на мужской зад, Эми? А эта женщина смотрит.
– Спрячь их, бесстыдница. Ты в приличном месте.
– Во-первых, университет – место, где царят разврат, страсть и желания, а не целибат. Во-вторых, ты не имеешь права указывать мне, что носить. В-третьих… не знаю.
