Укротить хищника

Все вопросы вы зададите потом, когда мы устроимся…где-нибудь, ладно?

Они дружно закивали, видимо, впечатлившись моим очень серьёзным тоном.

Может и хотели что-нибудь ещё сказать, но не успели.

Дверь со стороны Леши открылась и раздался голос Сергея.

— На выход! С вещами!

Я почувствовала в его голосе иронию, которую он даже не пытался скрыть.

Ну, да! Как я понимаю, именно эти слова он слышал недавно в тюрьме, перед тем как его выпустили!

Я стояла у окна и смотрела на своих пацанов. Они бегали по газону, играя в догонялки.

Подумать подумала, но с места не сдвинулась. Стояла, смотрела на их довольные и счастливые рожицы и прокручивала в голове последние сутки.

Вчера, после того, как вышли из машины, Сергей кивнул в сторону дома и сказал:

— Добро пожаловать в мой дом.

Опять эта ирония в голосе. Я уже даже стала думать, что теперь только её и буду слышать. Ошиблась. Он посмотрел на близнецов и вполне так нормально обратился к ним.

— Можете выбрать себе комнаты, которые понравятся.

— Домработница проведёт по дому и всё покажет. Составишь список, что купить нужно в первую очередь для пацанов…и для себя.

Он отвернулся и направился в сторону дома. Я улыбнувшись мальчикам, кивнула в сторону дома.

— Идёмте смотреть, что ли?!

Мы засеменили вслед за Сергеем. Вошли в дом, где в огромном холле стояли Иван Петрович и высокая женщина лет сорок пять — пятьдесят на вид.

Мы поздоровались почти в один голос и я смущенно замолчала.

— Светочка, эта Инна Викторовна — домработница. — заговорил Иван Петрович — По всем вопросам обращайся к ней. Давайте мы с тобой и мальчиками пройдем на кухню и перекусим. А Инна Викторовна поговорит с Сергеем и после покажет вам дом. Где у нас тут кухня находится?

Объяснив нам, в какую сторону двигаться, она и Сергей исчезли в противоположном направлении.

Мы же последовали за Иваном Петровичем.

Мальчики по пути восторженно что — то говорили, осматривая всё вокруг. Иван Петрович, посмеиваясь, отвечал им.

Я же даже не прислушивалась и особо не смотрела по сторонам. Всё вокруг кричало о богатстве. Очень большом богатстве! Для меня, выросшей в деревне с матерью — алкоголиком и считающей каждую копейку — вся обстановка заставляла чувствовать некий дискомфорт и скованность.