Укротить хищника

Когда через два года Сергей выйдет из тюрьмы и вы встретитесь, передай ему кое-что от меня, — дядя Вова замолчал. А я почему-то не решалась прервать это молчание — уж слишком он выглядел тогда несчастным и грустным. И только спустя минут пять, не меньше, он продолжил. — У него ко мне отношение будет не совсем любящим и сыновьем. И не вздумай как-то защищать меня и говорить что-то хорошее, когда услышишь его — так ты только сделаешь хуже, поверь мне. Но однажды, когда он будет готов, а ты это поймёшь по его поведению или словам, передай ему мои слова.

Только слово в слово, ничего не меняя, хорошо?! — только дождавшись моего кивка, он произнёс эти слова, которые хотел донести до сына. — Если ты, сын, приедешь на мою могилу когда-нибудь — для меня это будет знак того, что ты меня простил.

После своей речи дядя Вова встал и ушел в свою комнату, а я сидела в полном шоке и пыталась понять как соотнести всё то, что я знаю о пожилом мужчине, а знала я его только с хорошей стороны за эти два года — как доброго и заботливого дедушку своим внукам — и то, что он только что сказал.

И только сейчас всё встало на свои места.

За размышлениями я даже и не заметила, как навела в детской идеальный порядок. Зря я его, конечно, сделала — после ужина с помощью мальчиков всё вернулось к тому же виду, что и было при моём приходе.

Полной неожиданностью для нас троих стало появление Сергея, который возник на пороге комнаты.

Он спросил то, что для меня стало шоком, а для Ваньки — радостью:

— Не против моей компании, пацаны?

Ваня с радостным визгом вскочил и бросился к Сергею.

Леша, так же как и я, даже не сдвинулся с места — мы с ним сидели за детским столиком и рисовали до прихода мужчины. Правда, после заданного вопроса, Леша улыбнулся.

— А ты меня поучишь ещё каким-нибудь приёмам? — почти захлебываясь от радости, спросил Ванька у дяди и подлетев к тому, схватил за руку и потащил во внутрь комнаты.

— Если будешь себя хорошо вести, — серьёзно ответил Сергей, но покорно позволял себя тащить.

Посмотрел на нас с Лешей и спросил небрежно. — А вы чем занимаетесь?

— Рисуем, — чуть покраснел Леша и взяв свой листок, протянул Сереже. — Меня Света учит танки рисовать.

Тот дошел до нас, таща теперь за собой Ваньку, который висел на его руке и не отпускал. Взял протянутый ему листочек и стал рассматривать рисунок.

— Не хочу обидеть Свету, — протянул задумчиво Сергей, возвращая племяннику его творение. — Но она не совсем понимает, как правильно их надо рисовать.