Укротить хищника (СИ)

В доме мужчина провел нас в комнату с большой двухспальной кроватью, и уложив свою ношу, в виде Ваньки, на неё, замер неподвижно.

Когда я пристроила Лешку рядом с братом и выпрямилась, только тогда мужчина заговорил:

— Я сейчас уеду и появлюсь не раньше вечера. Как проснетесь, сами осмотритесь в доме. Холодильник полный — что поесть, сама сообразишь. Из дома во двор не выходим, пока я не приеду. Появлюсь, поговорим и будем дальше решать, что делать… — секундное молчание, после которого, у него вырываются слова, в которых чётко слышу раздражение.

— Как же не вовремя вы в больницу попали!

— Нас же охраняли, — с моей стороны робкая попытка разговорить его и понять, почему именно сейчас он появился.

— Слишком хороший шанс чтобы забрать пацанов. Грач не мог его не использовать. Он чуть ли не армию снарядил, чтобы их похитить. Охрана Венского не справится.

— А почему мы не можем поехать в дом Сергея? — робко спросила я.

— Пока я не удостоверюсь в том, что сможем пройти людей Грача, которые сейчас находятся недалеко от Венского, мы будем прятаться здесь.

Мужчина направился в сторону выхода из комнаты. На пороге, не поворачиваясь, повторил:

— На улицу — ни ногой. Особенно пацанам.

После его ухода, я сразу легла на кровать, чувствуя, как меня всю трясет.

Прислушалась — хлопнула входная дверь, а спустя пару секунд раздался рокот заведенной машины.

Я, видимо, была вымотана до такой степени, что отключилась сразу же, как только звук удаляющегося автомобиля окончательно перестал быть слышен.

Нервы к вечеру были настолько на пределе, что начала срываться на близнецах, повышая на них голос, когда они совсем переставали меня слушать. Особенно, когда их нытьё по поводу того, что на улицу не разрешаю выйти, растянулось почти на час.

Наступил вечер, но «наша страховка», как называл его дядя Вова, так и не появился.

Я вспомнила тот момент, когда в первый раз услышала про него — это было недели за две до смерти дедушки близнецов.

«Зачем?», — последовал от меня вопрос.

«Это ваша страховка», — чуть усмехаясь, произнес дядя Вова. А на мой недоуменный взгляд, признался. — «Я подстраховался и внедрил своего человека в стан врага, так сказать. Про него не знает никто — только я, а теперь и ты. Его задача следить за всем, что происходит там и сильно не вмешиваться в эти войнушки.