Укротить Ураган

И Тарас решил не спорить с гостьей. Ну и что, что она спит и не понимает происходящего? Да и сомнений нет, утром она отыграется на нем за произвол. Да только Тарасу было не страшно. Вот что она сделает? Вновь прилепит те жуткие липкие полоски к ногам? И пусть. Зато он выспится, впервые за последние дни.

Вольных проснулся от солнечных лучей, скользящих по комнате сквозь распахнутые занавески. Подушка рядом с его головой была примята и пахла едва уловимым ароматом девчонки. Непроизвольная улыбка появилась на губах Тараса, когда через распахнутую настежь дверь спальни донесся приглушенный голос Иветты.

Любопытство заставило Тараса подняться с постели и отправиться к источнику шума. Оказавшись на пороге кухни, Вольных прислонился плечом к дверному проему и улыбнулся еще шире.

Иветта с собранным на макушке пучком волос, в его, Тараса, фартуке и в мохнатых тапках, выглядела очень мило. Правда, ворчала она, словно пенсионерка со стажем, недовольная сервисом ближайшего собеса.

Иветта Марковна, стоя на носочках, пыталась дотянуться до чайных чашек, расставленных на самой верхней полке.

И если у Тараса не возникало проблем с подобным процессом извлечения посуды из труднодоступных мест, то Ива явно испытывала трудности.

— Вымахали лоси кругом, — ворчала девчонка, — Теперь вот попробуй, дотянись.

Тарас решил поспешить на помощь своей гостье, пока она не переколотила чайный сервис, подаренный его дражайшей бабулей. Подойдя к девчонке со спины, Вольных протянул руку и, накрыв ее пальцы ладонью, сжал на чашке, помогая ухватить ее.

Вторая ладонь уже привычно оплела девичью талию, коснувшись выглянувшей из-под свитера обнаженной кожи.

Парень почувствовал, как Ива застыла в его руках. Тем временем чашка была благополучно поставлена на каменную столешницу перед девушкой. Тарас, чуть склонив голову, едва касаясь губами девичьего ушка, шепнул:

— Да, — выдохнула Иветта, а потом спохватилась, — Доброе. Только уже день. А мне пора уезжать.

Васька звонил. И мама Нюра ждет свои богатства. В общем, я уже собиралась ехать в город, и завтрак тебе…

Тарас прервал стремительный поток слов, льющийся на одной ноте, накрыв пальцем губы Иветты. Она уже стояла лицом к Вольных и, подняв голову, смотрела в его улыбающиеся глаза.

— Доброе утро, — повторил Тарас и, не переставая улыбаться, склонился к растерянной и явно смущенной девчонке.

Короткий поцелуй был нежным и легким, без намека на продолжение.