Укрытие. Книга 3. Пыль

— О том, что за хрень тут случилась, мы сможем поговорить, когда прокопаем выход домой. Если хочешь, хватай лопату...

— Только этот грунт и не дает нам умереть, — сказала Джульетта.

Несколько человек уже бросили копать, когда увидели, кто разговаривает с Кортни. Та рявкнула на них, чтобы они вернулись к работе, и они вернулись. Джульетта не знала, как сделать это деликатно. Она не знала, как вообще это сделать.

— Не понимаю, куда ты клонишь... — начала Кортни.

— Ширли обрушила кровлю и спасла нас. Если ты пробьешься сквозь завал, мы умрем.

Это я знаю точно.

— Ширли?..

— Наш дом был отравлен, Корт. Не знаю, как тебе объяснить, но это так. Там, наверху, умирали люди. Мне это сообщил Питер и... — у нее перехватило дыхание, — и Лукас. Питер видел внешний мир. То, что снаружи. Двери были распахнуты, и люди умирали. А Лукас... — Джульетта постояла с закушенной губой, пока боль не прояснила мысли. — И первое, что пришло мне в голову, — собрать людей здесь, потому что я знала, что здесь безопасно.

..

— Безопасно? — хохотнула Кортни. — По-твоему, здесь?.. — Она шагнула к Джульетте, и все вдруг перестали копать. Отец опустил руку на плечо Джульетты и потянул ее назад, но та осталась на месте. — Ты думаешь, что здесь безопасно? — прошипела Кортни. — Где мы вообще находимся, черт побери? Там сзади есть помещение, чертовски похожее на нашу генераторную, да только там одно ржавое железо. Ты полагаешь, что эти машины когда-нибудь снова завертятся? Сколько у нас здесь воздуха? Сколько топлива? А как насчет воды и еды? Мы тут протянем лишь пару дней, если не вернемся домой.

И эту пару дней нам придется только копать и копать, в основном руками. Ты вообще представляешь, что натворила, затащив нас сюда?

Джульетта выстояла под словесным обстрелом. Она его приветствовала. И ей не терпелось добавить парочку своих камней."

"— Это сделала я, — сказала она. Вывернувшись из-под руки отца, она посмотрела на раскопщиков, которых хорошо знала. Затем повернулась и крикнула в черный туннель, откуда только что пришла.

 — Это сделала я! — выкрикнула она во весь голос, послав слова тем, кого прокляла и обрекла. — Это сделала я! — снова прокричала она, и у нее пересохло в горле от сажи и трудного признания, а в груди стало горячо от жалости к себе. Она снова ощутила на плече руку отца. Когда эхо ее криков замерло в отдалении, единственным звуком осталось потрескивание факелов.

— Всему причиной стала я, — добавила она, кивнув.