Умереть дважды

В Кабуле будут править либо американцы, либо талибы, но в итоге все закончится плачевно для простого народа. Уходить же с пустыми руками или с тем капиталом, что удалось сколотить за многолетнюю службу, значит жить на чужбине в нищете. А тут подвернулся такой случай. Поэтому во имя собственного будущего я готов пожертвовать своими прежними принципами, до которых, впрочем, сейчас никому нет никакого дела. Я сумел убедить тебя в том, что имею к контейнерам лишь коммерческий интерес?

Наджиб, прищурив глаза, посмотрел на Акрани:"

"– Знаешь, Шакур, если б то, что я услышал от тебя, мне сказал кто-нибудь другой, ни за что не поверил.

Тебе верю. Значит, предлагаешь продать контейнеры?

– Да! И давай договоримся сразу: деньги, вырученные за груз, делим на двоих и поровну.

Главарь мятежной банды усмехнулся:

– А может, по-честному?

– Поровну! Тебе половина, мне половина. Я должен был запросить больше, на мне вся основная работа, но груз у тебя – значит, торг неуместен.

– Как ты узнаешь, что находится в контейнерах?

– Это мое дело.

Как и то, как и где я найду покупателя.

– Согласен, но сумму обговариваем вместе.

– Хоп. Только обеспечь сохранность груза. Моей разведкой Тургай не ограничится.

– Думаешь, он вновь решится атаковать мою базу?

Акрани отрицательно покачал головой:

– Сейчас – нет. Сейчас он не в том положении. Тургай, получив запрос руководства движения по авиакатастрофе, умолчал и о контейнерах, и о пилотах. Точнее, насчет экипажа он ответил уклончиво, а именно высказал заведомо ложное предположение, что скорее всего русские летчики погибли при крушении.

– Но это могут проверить?

– Проверка ничего не даст. От взрыва самолет разнесло в клочья. Останки же пилотов, если бы они находились на борту, за ночь сожрали бы стаи голодных шакалов. Ты знаешь, сейчас их в ущельях очень много, как никогда раньше. Да и квалифицированных специалистов у руководства нет.

– Значит, проклятый Тургай утаил от руководства, что держит летчиков у себя? – ощерился Наджиб. – Это хорошо.

Этим он показывает, что ничем не лучше покойного Абадзе и заслуживает той же кары, что и Тимур. В этой ситуации, ты прав, Хизаят не решится открыто выступить против меня.

– Открыто Тургай не выступит, но попытается завладеть контейнерами втихую.

– Думаешь, он может выслать сюда один из своих отрядов?

– Я не исключаю этот вариант. Он найдет способ спровоцировать столкновение. И, если решится, будет действовать быстро.

– Но об этом узнают в руководстве.