Уникумы Вселенной – 3

Но через пару минут признание все-таки прозвучало:

– Детей от такого соития не получалось. Хотя любая женщина нашего мира почитала за честь прислуживать советнику на его ложе.

– Понятно, спасибо, – поблагодарил мужчина на полном серьезе. – И принимаю твои извинения за сравнение меня с животным. – После чего обратился уже к своей пассии: – Что-то тут явно прослеживаются определенные закономерности. И общий психологический портрет местных адельванов мне нравится все меньше и меньше. А тебе?

– Ну а ты не задумывался, что невидимая пирамида может простираться еще выше? – после некоторого молчания спросила вместо ответа журналистка.

 – Например, местными аборигенами манипулировал кто-то из более высшего общества?

– О-о! Ну все! «Остапа понесло!..» Опомнись, дорогая, и поумерь свои фантазии. Надо же до такого додуматься! Да и как ты себе представляешь подобное?

– Да легко! Если можно манипулировать рабовладельческим строем, то почему подобное не получится со строем развивающегося капитализма? Тем более если выстроить определенную схему, то как раз все прекрасно сходится.

Некто держит в полном повиновении четырехруких, а через них проводит свои забавы чуть ли не над неандертальцами. При этом сами бывают в здешнем монастыре, без всяких опасений балуются в кровати как с местными монахинями, так и со жрицами сагири. Причем если последние беременеют, то никакого подозрения на адельванов не падает. Здорово? И это еще не все. В какой-то момент истории что-то пошло не так, и тем, кто наверху пирамиды, пришлось уходить в подполье, но при этом под видом войны уничтожать самых главных свидетелей своих бесчинств и неудачных экспериментов. Вот местные четырехрукие и стали самой главной жертвой. Ведь это именно к ним вели все концы, а когда их обрубили, крайнего уже не найдешь.

Так и не убирая снисходительную улыбку с лица, археолог тем не менее крепко задумался. При этом скорее машинально осматривая просторы и отмечая кое-где летающие тени громадных птиц. Но те пока к данной террасе и не приближались, так что время на раздумья имелось.

Как ни была предварительная концепция событий притянута за уши, следовало ее рассмотреть со всех точек зрения. Особенно настораживало то воспоминание, что слишком уж уверенно и безбоязненно чувствовали себя четырехрукие аборигены как во время бомбежки, так и после нее. То есть, скорее всего, им твердо пообещали: «Ничего не бойтесь! Потом вы получите иные, еще лучшие строения и более современные города.