Уникумы Вселенной – 3

А он опять заскрипел своим неприятным голосом:

– Неужели никто мне не может ответить? – После хрюкнул, наверное веселясь, и добавил: – Тогда придется наказать всех!

Тотчас из-за его спины стали выходить подобные ему личности, разве что их белые одежды не выглядели настолько ослепительными. Несколько человек нырнули в раскрытые проходы, наверняка проверяя, кто там еще есть в лабиринте. Еще с десяток синезодов деловито стали отбирать у замерших как статуи созданий оружие. Все это небрежно бросалось к постаменту четырехрукого кентавра.

Не прошло и двух минут, как фигуры людей и желлатуков стояли полуголые, имея на себе лишь полоски оборванных тканей.

Именно к ней, остающейся одетой, и подошло неспешно командующее здесь существо, коснулось ее лба ладонью, и паралич с жертвы спал полностью. Тотчас Аника рухнула на колени, подобострастно восклицая:

– Приветствую тебя, Сияющий!

– И я рад тебя видеть, милая. Ты хорошо поработала и сделала самое главное. Чего ты хочешь себе в награду?

Наверное, представительница сагири, или кто она там была на самом деле, давно ждала этого вопроса.

Ее рука вскинулась в сторону застывшего столбом Михаила Степановича Днепрянского:

– Подари мне этого раба, Сияющий!

Его брови снисходительно дернулись вверх.

– Забирай!.. И радуйся.

– Живи вечно, Сияющий! – воскликнула Аника и хотела добавить: – Там еще…

Но была оборвана повелительным жестом, в результате которого из пантеона исчезла и она сама, и ее истребованный раб по прозвищу Кормилец. Правда, и сам творец этакого телепортационного жеста остался недоволен:

– И все им мало!.

. – После чего покрутил головой, словно разминая шею, вдруг неожиданно и громко заорал: – Как вы посмели?! Жалкие черви!..

Что самое несуразное в данной ситуации, так это продолжающееся мигание огоньков, вращение статуи и не прекращающая звучать музыка. Ну а те, кого спрашивали, как бы так и не могли ни слова сказать, ни на пол сплюнуть. Мысли у всех в голове теснились разные, но общая суть их сводилась примерно к одному вопросу: «Что за цирк?!»

Но оказалось, что разыгрывалась только присказка, а основное представление еще впереди.

Причем такое представление, о котором даже сам Сияющий не подозревал. Вначале со странной дисгармонией замолкла музыка. Потом одновременно погасли светящиеся точки на своде, а затем и сама статуя вдруг просела в пол задней частью со страшным хрустом ломающегося и скрипящего бетона.

О том, что случилось нечто из ряда вон выходящее, говорило и поведение всех синезодов.