Уникумы Вселенной – 3

Потом они быстро переглянулись между собой и синхронно уселись обратно. Одна совершенно понятным жестом пожала плечами, и жест этот обозначал только одно: «Что с дурака взять!» Ее подруга скривилась со спесивой ухмылкой, которой обычно самые крутые красавицы отшивают приставучих кавалеров: «Полный лошара!» Но в данный момент самым важным стал тот факт, что ни малейшей угрозы они в мужчине не увидели. И это при том, что сами в него только недавно стреляли с проклятиями и жуткими угрозами. О сути угроз Кормилец догадался еще во время постыдного отступления: «Порвем голыми руками на мелкие кусочки и прожарим на медленном огне!»

Ну, примерно так угрозы словесно обрисовались у него в сознании.

И, припомнив это, он продолжил похохатывать. Опять-таки, когда между людьми существует языковой барьер, барьера эмоций не существует никогда. А уж тем более во время смеха. И еще с самого детства родители поучали Михаила: «Сынок, в самую трудную или сложную минуту жизни постарайся рассмеяться. Смех твой очень добрый и заразительный, он даже тебе самому поможет».

Сработало на отлично. Вначале на него несколько раз недоуменно оглянулись. Потом не удержалась от улыбки одна девица. Вскоре и вторая заулыбалась и даже коротко хихикнула. Ну и в конце концов одна из наездниц снизошла до разговора с незнакомым для нее мужчиной, буркнув в его сторону нечто невразумительное и уставившись на него вопросительно. Наверняка вопрос звучал примерно так: «А ты кто такой?»

Ну и парень, постучав себя по широкой груди кулаком, воскликнул:

– Миха! – Называться длинным именем он не стал, а полным словосочетанием с отчеством и фамилией тем более.

Да и привык, что именно так к нему обращается Пеотия. Еще и второй раз повторил, расставив руки, словно для приветствия: – Миха!

Реакция девиц не заставила себя ждать. И похоже, что данное имя у них ассоциировалось с невероятным уважением к владельцу, а то и с чем-то похлеще. Потому что они деловито поднялись, напоследок погладив перья на голове орла, и гуськом потопали к стоящему на пороге землянину.

Тот выстоял на месте и не нажал на парализатор лишь чудом и по причине слишком сумбурных мыслей в голове, главная из которых никак не могла выбраться на главенствующее место: «Стрелять! Отступить! Ударить первому! Бежать! Присесть?..» Последняя в голову ворвалась потому, что первая девушка из иного мира подошла вплотную, положила ладони к нему на грудь и, привставая на носочки, потянулась губами для приветственного поцелуя.