Я стараюсь делать вид, что иду по срочному делу и уверенно шагаю вперед с царственным видом, в то время как у самой душа в пятки уходит. Еду я еще никогда не воровала.
Кухней оказывается помещение в конце коридора. Я легко нахожу его по специфическому запаху. Я заглядываю внутрь и вижу, как две служанки подметают пол. Уже ведь поздно, и почему они еще не ушли?
Я прячусь за угол: придется подождать. И естественно, девушки работают не молча.
— Что-то Адора после турнира, какая-то молчаливая. Не замечаешь, Марта? — говорит одна звонким голосом.
— Да. Я тоже заметила. Сегодня даже не ткнула повара в то, что он лук нарезал недостаточно мелко, — соглашается с ней Марта.
— Асад сегодня, действительно, накромсал его кусками.
— Так торопился же. Оленину поздно привезли, — поясняет Марта.
— Раньше бы Адора скандал закатила, а сегодня проглотила всё молча. С чего бы это?
— Ой, да мне все равно! Молчит и ладно. И подольше бы молчала.
Вот и я с ней согласна. Подольше бы молчала. Наконец, девушки заканчивают работу и проходят мимо моего убежища.
Стоит им скрыться за поворотом, как я устремляюсь на кухню. В ней темно. Везде маячат смутные тени, и мне становится жутковато. Я вижу лишь силуэт потухшей свечи на окне в неровном лунном свете. Я зажигаю её, и зловещая атмосфера исчезает.
Теперь видно, что в центре кухни стоит большой стол. Вдоль всех стен расставлены шкафы на полках, которых стоят тарелки и чашки. За закрытыми дверцами хранятся мешки с крупами и мукой.
В отдельной комнатке стоит большая плита, а ней кастрюли.
Я открываю крышку за крышкой, но в них пусто. Я стараюсь не греметь, но выходит не слишком хорошо и мне кажется, что металлический звук разносится по всему коридору.
Я возвращаюсь в кухню. Я разочарована своим походом, потому что не нашла ничего.
И тут я замечаю, что у самой свечи лежит хлеб, накрытый белым полотенцем. Как же я его сразу не заметила?!
Я озираюсь в поисках ножа.
Все приборы разложены около мойки. Я смотрю на ножи. Они довольно приличных размеров.
По моим меркам они больше похожи на маленькие мечи.
Но раз я решила, то не отступать же. Я беру нож и решительно иду к булке хлеба.
Хлеб тоже не маленький, плотный и серый. Я не очень люблю такой хлеб, но сейчас почему-то его кислый запах кажется мне чем-то потрясающим.
Я больше пилю, чем режу. Корка сминается под блестящим лезвием. Когда первый кусок оказывается у меня в руках, то я жадностью съедаю его. Мякиш тает на языке восхитительной кислотой.
