Он так разозлился, а в гневе он неуправляемый, ты же знаешь. Дракон всё-таки. Я поэтому и побоялась за тебя заступиться: он бы нас обоих убил.
Я еще раз дергаю рукой, хотя на этот раз непроизвольно. Марика оказывается трусиха. Подставила любимого человека, чтобы себя спасти.
Марика продолжает:
— Я… по-прежнему люблю тебя, но у нас нет никакого будущего. Прости.
Она стоит пару секунд, ожидая ответа."
"А что я ей могу ответить? Да тот же Карл? Иди, дорогая, люби другого и будь с ним счастлива, а я продолжу гнить в темнице? Мне почему-то становится обидно за Карла, и я радуюсь, что он не услышит этих слов.
Марика, так и не дождавшись ответа поворачивается и уходит. И слава богу, потому что Карл с Хуаном могут прийти в любой момент и столкнутся бы с ней. Вот это была бы встреча.
Через полчаса я снова слышу шаги. Это двое человек.
Когда Карл и Хуан появляются в темнице, я поднимаюсь и с облегчением выхожу из камеры. Хуан уже не выглядит, тем бодрым, свежим мальчишкой, которого я видела раньше: кожа посерела, щеки ввалились.
На лице светятся только живые глаза.
— Госпожа, спасибо! Я бы сгнил в этой камере, а мне нужен воздух, свобода! — пафосно произносит он и театрально кланяется. И сразу видно, что он еще, по сути, ребенок.
За это он тут же получает подзатыльник от Карла.
— Хватит придуриваться! Вещи возьми.
Я не стала рассказывать Карлу о визите Марике. Зачем его расстраивать? Ведь всё равно у него нет никаких шансов. А знание, что Марика всё еще его любит всего лишь причинит ему лишнюю боль.
Хуан дергает плечом, выражая свое негодование и идет за тюком.
— Значит так… — говорит Карл. — Без коней мы далеко не уйдем. Нас уже к рассвету поймают. То, что вы с нами госпожа это все равно что мишень нарисовать на спине. Дракон всегда знает, где вы находитесь и на хороших лошадях нас догонят в два счета. Нам тоже нужны лошади, тогда у нас будет хоть какая-то фора.
Он тоже не верит, что Ролдэн не погонится за мной.
— Но как мы выведем незаметно лошадей? — спрашиваю я.
Я же видела, что из конюшни только один выход во двор, а дальше лошадей все равно придется выводить через ворота, которые, во-первых, ночью закрыты, а, во-вторых, там дежурит охрана.
Да и на стенах замка тоже есть охрана.
Мне моя затея уже начинает казаться неосуществимой.
И тут вступает в дело Хуан, и я еще раз убеждаюсь, что Ролдэн был прав, когда отправил его в темницу. Мальчуган мало того, что «безрукий», так еще и ушлый хулиган.
— Ой, проще простого, — высокомерно кривится Хуан.
